Д А Л М А Т

(Мокринский Дмитрий Иванович; 1594, Берёзов, ныне пос. Берёзово, Ханты-Мансийский АО - 25.06.1697, Далматов Успенский мон-рь), прп. (пам. 25 июня, 10 июня - в Соборе Сибирских святых), Исетский, Пермский, основатель Далматовского в честь Успения Пресв. Богородицы муж. мон-ря. Биография Д. изложена в «Известии об основании Далматовского монастыря», написанном в нач. XVIII в. сыном Д. архим. Исааком (Мокринским). Большой объем информации о Д. и основанной им обители содержится в документах сибир. делопроизводства XVII в. и в архиве Далматовского Успенского мон-ря (Гос. архив г. Шадринска Курганской обл. Ф. 224).

 

Прп. Далмат. Портрет. XVIII в. (?). Фотография С. М. Прокудина-Горского. 1912 г. (Б-ка Конгресса США)

И. Мокринский, отец святого, служил казачьим атаманом в сибир. городах, мать, возможно, происходила из новокрещеных сибир. татар или остяков. Д. Мокринский был поверстан в дети боярские. Ок. 1627/28 г. семью Мокринских перевели из Берёзова в Тобольск. В 1628 г. Д. Мокринский упоминается как тобольский городничий, в 1633 г. находился на должности приказчика в Вагайском острожке. В 1642/43 г. он оставил гос. службу и принял постриг с именем Далмат в Невьянском Богоявленском мон-ре (Верхотурский у.).

Ок. 1644 г., стремясь к уединению, Д. покинул обитель (архим. Исаак писал, что Д. не захотел принять предлагавшуюся ему должность строителя в Богоявленском монастыре) и поселился в пещере на высоком берегу р. Исети при впадении в нее р. Течи, называвшемся Белое Городище. Эти земли принадлежали тюменскому ясачному татарину Илигею, сдававшему их в аренду жителям Невьянской и Ирбитской слобод для рыбных и зверовых промыслов. Хозяин земли под влиянием арендаторов дважды пытался изгнать Д. Архим. Исаак сообщает, что сначала святой примирился с Илигеем благодаря тому, что «причелся к нему, татарину, родом понеже по сестре его», сказав: «А мати моя от сибирских татар от новокрещена родилася». Во 2-й раз преподобного спасло чудо: осенью 1645 г. Илигей, направлявшийся к пещере старца, чтобы изгнать его, заночевал по дороге и ему было видение: Богородица в багряных ризах с хлыстиком в руке повелела не только не обижать Д., но и отдать ему вотчину. Татарина охватил ужас, и он в присутствии детей и сородичей весной 1646 г. передал преподобному владения на Белом Городище. В 1651 г. монахи Далматова мон-ря обратились к царю Алексею Михайловичу и тобольскому воеводе В. Б. Шереметеву с челобитной о пожаловании им этих земель, грамотой царя от 17 мая 1659 г. были установлены границы монастырских владений.

Спустя нек-рое время вокруг пустынножителя собралась братия и возникла Исетская пуст., во 2-й пол. 40-х гг. XVII в. в ней были построены деревянные часовня и кельи. Из Невьянского мон-ря преподобный принес с собой Далматскую икону Успения Пресв. Богородицы, ставшую главной святыней Далматова мон-ря (утрачена в 20-х гг. XX в.). Новооснованная обитель была первым рус. поселением в долине р. Исети. Впосл. Далматов Успенский мон-рь сыграл важную роль в просвещении и хозяйственном освоении края, в течение века являлся форпостом в обороне вост. рубежей России от набегов калмыков, башкир и сибир. татар.

Помимо духовного окормления иноков и мирян Д. много сил отдавал хозяйственной жизни строившейся обители. В условиях малозаселенности края остро стояла проблема рабочих рук. В поисках крестьян для работы в монастырских вотчинах Д. ездил по слободам Тобольского и Туринского уездов, зачастую вступал в конфликты с местной светской администрацией, иногда шел на нарушение царских запретов в отношении приема новых крестьян. (В 1654 приказчик Киргинской слободы М. Фефилов подал тобольским воеводам челобитную о том, что Д. отказался выдать укрывшихся в Далматовом мон-ре беглых пашенных крестьян Киргинской слободы. Воеводы послали в мон-рь память, чтобы «крестьян с тягла не принимали»; см.: Манькова И. Л. Неопубликованные мат-лы по истории Далматовского Успенского мон-ря // Культура и быт дореволюционного Урала. Свердловск, 1989. С. 42-43.)

В сент. 1651 г., вернувшись из очередной поездки, Д. застал на месте мон-ря пепелище. Часовня, кельи и крестьянские дворы были сожжены войском сибир. царевича Девлет-Гирея. Чудесным образом в пожаре уцелела икона Успения Пресв. Богородицы. И вновь вокруг Д. собрались сподвижники, обитель возродилась. Были построены ц. в честь Успения с приделом во имя прп. Димитрия Прилуцкого, кельи и монастырские службы, обитель обнесли острогом, над св. вратами в 1683 г. была освящена ц. во имя ап. Иоанна Богослова. В восстановленном монастыре для преподобного была построена келья, где он провел в затворе остаток жизни. При этом Д. продолжал руководить как духовной, так и хозяйственной жизнью обители. Он писал в ответе в Тобольск в 1664 г., что без его веления «братия по своим волям до сего дни никакова дела духовнаго и телеснаго делать не начинали и не делали» (РГАДА. Ф. 214. Оп. 3. Д. № 663. Л. 318а). Из того же дела известно, что по указанию преподобного посылались вооруженные дозоры «в степь для проведывания вестей» о приближении кочевников.

О преемственности иноческой жизни в Далматовом мон-ре по отношению к Центр. России свидетельствует приход на Белое Городище из Н. Новгорода старца Иоанна, ученика священноинока Дорофея. Устав Далматова мон-ря отличался строгостью. Так, в 1664 г. Тобольской съезжей избой проводилось следствие по доносу одного из монастырских старцев о том, что в мон-ре, в частности, не праздновались именины царя Алексея Михайловича и членов царской семьи. В ответ Д. написал, что в постные дни и в особенности в дни Великого поста празднования именин в мон-ре не совершаются, служатся молебны о здравии членов царской семьи, празднования же откладываются на время после Светлой недели (РГАДА. Ф. 214. Оп. 3. Д. № 663. Л. 304-318а).

После 1651 г. в мон-ре принял постриг с именем Исаак сын Д., в 1666 г. ставший первым игуменом мон-ря, в 1702 г.- архимандритом. Не только кровное, но и духовное родство связывало отца и сына. В записи на кн. свт. Иоанна Златоуста «О священстве» (М., 1664), благословленной патриархом Московским и всея России Иоакимом игум. Исааку в 1682 г., последний назван учеником Д. (ГА Шадринска Курганской обл. Ф. 683. Оп. 1. Д. 6. Л. 170 об.). Также учеником Д. считал себя первый Холмогорский и Важский архиеп. Афанасий (Любимов), поселившийся в Исетской пуст. в нач. 50-х гг. XVII в. и проживший там более 10 лет.

Кольчуга и шлем прп. Далмата. Сер.— 2-я пол. XVII в. (?). Фотография С. М. Прокудина-Горского. 1912 г. (Б-ка Конгресса США)

Далматов мон-рь не сразу принял богослужебные реформы патриарха Никона. По-видимому, за связь со старообрядцами ок. 1668/69 г. был отстранен от настоятельства в монастыре игум. Исаак, в 1677 г. вместе с игум. Афанасием (Любимовым) сосланный в Енисейский Спасский мон-рь. Через год иноки были возвращены в обитель, окончательно все церковные запрещения с игум. Исаака были сняты в 1685 г. при условии, чтобы «с раскольниками раскола не говорил». О принадлежности к расколу Д. и его сына писал в доносе после 1724 г. постриженик Далматовой обители бывш. игум. невьянского Богоявленского монастыря Евсевий (Левонов) (РГИА. Ф. 796. Оп. 7. № 40. Л. 91 об.- 92). Существует гипотеза, что к мнению Д. апеллировали идеологи зауральского старообрядчества в полемике о сущности антихриста. А. Т. Шашков считает, что Д. принадлежит адресованное старообрядцам «Послание об антихристе и тайном царстве его» (Шашков А. Т. «Мы же святых отец предание держим неизменно…»: (Влияние дониконовских книг на идейные воззрения урало-сибирских старообрядцев 70-80-х гг. XVII в.) // Изв. Уральского ун-та. 2005. № 39. Сер.: Гуманит. науки. История. Вып. 10. С. 36-47).

В нач. ХХ в. в б-ке Далматовского мон-ря хранилось 2 книги, принадлежавшие Д.: «Беседы на Деяния святых апостол» свт. Иоанна Златоуста (К., 1624) с «Толкованием на Апокалипсис» Андрея Кесарийского (К., 1625) (в одном переплете) и «Беседы на послания ап. Павла» свт. Иоанна Златоуста (К., 1623). Последняя книга 23 марта 1679 г. была вложена преподобным в ц. Николая Чудотворца на монастырской заимке.

Еще при жизни преподобный приготовил себе гроб-колоду. Д. был погребен в алтаре Успенской ц. Далматовского монастыря. В 1720 г. завершилось возведение нового, 3-престольного Успенского собора. На месте старой Успенской ц. над захоронением Д. была построена брусчатая усыпальница. Центральное место в ней занимало деревянное надгробие, в 1793 г. расписанное худож. И. Соколовским сценами из жизни преподобного (были изображены столкновение с Илигеем, явление Пресв. Богородицы спящему Илигею и его приход к Д. с покаянием). В усыпальнице находились реликвии, по преданию принадлежавшие Д.,- подаренные Илигеем шлем и кольчуга (в наст. время в Свердловском областном краеведческом музее), а также схимническое одеяние. В 1836 г. губ. секретарь П. Д. Пономарёв задумал возвести на собственные средства над могилой Д. церковь. В 1845 г. крестьянин М. Ф. Зайцев обратился в Пермскую консисторию за разрешением построить в г. Далматове часовню на месте, «ознаменованном подвижничеством монаха Далмата». Оба проекта не получили одобрения духовных властей.

В 1871 г. близ погребения Д. началось строительство ц. в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». Во время прокладки траншеи под фундамент строители обрели гроб преподобного. После длительной переписки настоятеля монастыря архим. Исаакия с правящим и викарным архиереями и освидетельствования гроба и склепа Екатеринбургским еп. Вассианом (Чудновским) было принято решение оставить гроб Д. на прежнем месте и изменить конфигурацию фундамента. Освящение храма, имевшего приделы во имя свт. Стефана Великопермского и во имя преподобных Исаакия, Далмата и Фавста, состоялось 8 мая 1881 г. В 1896 г. к храму была пристроена каменная усыпальница, располагавшаяся непосредственно над захоронением Д. Изнутри ее стены были украшены живописными изображениями эпизодов из жизни преподобного, на сев. стене находились портреты Д. и архим. Исаака. После закрытия монастыря (1923) и прекращения богослужений в Скорбященской ц. (1928) в усыпальнице с 1933 г. последовательно размещались гардероб совхозного театра, госпиталь, производственные помещения завода молочного машиностроения «Старт», прачечная.

В 1992 г. началось возрождение Далматовского Успенского мон-ря. По благословению и при участии еп. Курганского и Шадринского Михаила (Расковалова) 6 авг. 1994 г. состоялось обретение мощей Д., почивающих с того времени открыто в деревянной резной раке в Скорбященской ц. мон-ря.

Почитание

В 1864 г. по просьбе жителей Далматова, «отягченных бедствиями от пожаров», был установлен ежегодный крестный ход «к отвращению бедствий» 24 июня, в день преставления Д. (дата неточна). С 1871 г. в Далматовском монастыре велись записи чудес по молитвам к преподобному, в монастырском архиве сохранилось ок. 30 таких записей XIX в. На Урале Д. считался покровителем воинов - молодые люди перед отправкой в армию приходили к гробнице преподобного, надевали кольчугу и шлем.

Во 2-й пол. XIX в. в периодике, в офиц. документах, на литографических изображениях (в частности, выпущенных в Екатеринбурге в 90-х гг.) Д. часто называется преподобным. Он поминается в службе всем святым, в земле Российской просиявшим, составленной Ковровским еп. священноисп. Афанасием (Сахаровым). В 1997 г., к 300-летию преставления Д., были написаны служба и акафист ему. В 2004 г. Святейший Патриарх Московский и всея Руси  Алексий IIблагословил «причислить основателя Свято-Успенского мужского монастыря Далмата Исетского к лику местночтимых святых Курганской епархии и включить имя преподобного Далмата Исетского в Собор Сибирских святых с установлением дня памяти 25 июня/8 июля» (цит. по: Варнава (Аверьянов), игум. С. 68).

Д. широко почитается на Урале. Частицы его мощей находятся во мн. храмах Курганской, Екатеринбургской и Челябинской епархий. В Далматовском мон-ре ведутся записи свидетельств паломников и местных жителей о благодатной помощи и исцелениях по молитвам к Д.

Ист.: Вкладные книги Далматовского Успенского мон-ря (посл. четв. XVII - нач. XVIII в.) / Сост.: И. Л. Манькова. Свердловск, 1992. С. 184-186 [«Известие об основании Далматовского монастыря»]; Первое столетие сибирских городов, XVII в. Новосиб., 1996. С. 52-53. (История Сибири. Первоисточники; Вып. 7); «Велено быть на государевой службе в Сибири»: Док-ты XVII в. о назначениях и деятельности приказчиков уральских слобод / Публ. подгот. И. Л. Манькова // ИА. 2005. № 4. С. 180-195.

 

Лит.: Плотников Г. С. Описание муж. Далматовского Успенского мон-ря и бывш. приписным к нему жен. Введенского мон-ря. Екатеринбург, 19064; Манькова И. Л., Шашков А. Т. Исаак (Мокринский) // СККДР. Вып. 3. Ч. 2. С. 113-116; Карсонов Б. Н., Манькова И. Л. Старец Далмат: Человек и святой // Христианское миссионерство как феномен истории и культуры (600-летию памяти свт. Стефана Великопермского): Мат-лы междунар. науч.-практ. конф. Пермь, 1997. Т. 1. С. 178-189; Коростелёв В. Обстоятельства перенесения мощей св. Далмата в 1871 г. // Рус. язык, лит-ра и культура: Мат-лы регион. науч.-практ. конф., 23-24 нояб. 1999 г. Шадринск, 2000. С. 58-60; Манькова И. Л. Тобольские служилые люди Мокринские // Проблемы истории рус. книжности, культуры и обществ. сознания. Новосиб., 2000. С. 323-329; Пашков А. А. Св.-Успенский Далматовский муж. мон-рь. Шадринск, 2000; Варнава (Аверьянов), игум. Почитание прп. Далмата Исетского и его попечение о нас // Четыре века правосл. монашества на Вост. Урале: Мат-лы церк.-ист. конф. Екатеринбург, 2004. С. 60-70.

 

И. Л. Манькова


Иконография

 

Прп. Далмат. Тоновая литография. 1890 г. (частное собрание)

Наиболее ранним изображением Д., очевидно, являлся его портрет, к-рый находился на сев. стене в усыпальнице святого наряду с портретом его сына архим. Исаака (оба не сохр., запечатлены на диапозитивах нач. XX в. из собрания С. М. Прокудина-Горского в Б-ке Конгресса США, на фотографиях нач. XX в. из архива Далматовского Успенского мон-ря - Пашков. 2000. С. 256-257. Ил. 39, 40). По сообщению Г. С. Плотникова, оба изображения были прижизненными («...хранятся два портрета, написанные с натуры; один монаха Далмата, при коем его келейная мантия и клобук, а другой сына его Архимандрита Исаака, при котором находится его посох…» - Плотников. 1906. С. 75). Судя по диапозитивам, портреты были выполнены предположительно в XVIII в. (возможно, в числе 8 живописных портретов по заказу архим. Иоакинфа в 60-70-х гг. XVIII в. тобольским иконописцем Матвеем Морозовым - Там же. С. 105), впосл. поновлялись.

Д. изображен вполоборота вправо, по пояс, облачен в клобук и мантию, правая рука с четками у груди, в левой высокий посох, внизу - пространный текст с его биографией. Индивидуальные черты лица старца переданы условно: большие глаза, четкая линия бровей, тонкий прямой нос, впалые щеки, на лбу над переносицей неск. морщин, слегка вьющиеся с проседью волосы до плеч, длинная окладистая борода. Портрет был воспроизведен погрудно на литографии кон. XIX в. (сохр. фотография из архива Далматовского мон-ря - Пашков. 2000. С. 231. Ил. 1).

В 40-х гг. XVIII в. была создана деревянная раскрашенная скульптура Д. (не сохр.), к-рая стояла внутри пещеры в виде ниши в сев. стене трапезной нижней ц. Рождества Христова Успенского собора обители («…выкладена печера, в ней двери, против оных, в печере патрет в человеческий рост, резной, начального здешней обители монаха Далмата, размалеван по приличности красками» - Там же. С. 59, 105, 256. Ил. 38). Эта 3-мерная композиция в 70-х гг. XVIII в. стала центром живописного цикла, иллюстрирующего историю Далматова мон-ря: над нишей были написаны изображения каменного Успенского собора, по сторонам к-рого - фигуры Д. и архим. Исаака, вверху - чтимая икона монастыря «Успение Пресв. Богородицы», поддерживаемая 2 ангелами, а также стихи на эту тему. История Далматова мон-ря была представлена также в иконостасах ц. Рождества Христова (70-е гг. XVIII в., художники Матвей Волков и Александр Шапочников из Верхотурья) и придела прп. Димитрия Прилуцкого (работа 1768 г. Ильи Асламова) - в обоих случаях в «томбах» под иконами Пресв. Богородицы в местном ряду слева от царских врат.

В 1793 г. иконописец малороссийского происхождения Иван Соколовский (прибыл в мон-рь в 1777) расписал гробницу над могилой Д. На 3 боковых панелях надгробия были изображены сюжеты из жизни преподобного, сопровождавшиеся подробными надписями на свитках: татарин Илигей, замыслив убить Д., направляется из Тюмени на Белое Городище; явление Божией Матери Илигею в сонном видении «с претящею розгою»; Илигей с родственниками исповедует перед Д. свое злое намерение и уступает ему вотчину; на 4-й стороне помещалась стихотворная летопись монастыря, излагающая историю обители в бытность Д. и его сына архим. Исаака. В иконостасе ц. Рождества Христова находилась икона преподобных Исаакия, Далмата и Фавста (изображен небесный покровитель Д.), исполненная в 70-х гг. XVIII в. иконописцами М. Волковым и А. Шапочниковым. Аналогичный образ преподобных Исаакия, Далмата и Неофита упомянут в описи мон-ря 1905 г. в перечне лампад, висевших перед местными иконами Успенского собора (Там же. С. 335). Сюжеты Жития Д. были представлены в росписи интерьера каменной усыпальницы (1896) над могилой святого при ц. в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость».

Д. назван преподобным на тоновой литографии, изданной в Екатеринбурге в 90-х гг. XIX в. (цензорское разрешение 1890 г. прот. Симеона Вишнякова, экземпляры в частных собраниях). К первоначальному портрету восходит образ святого с нимбом кон. XIX - нач. XX в., очевидно, в технике хромолитографии (сохр. фотография из архива Далматовского мон-ря), а также неск. совр. образов: икона 90-х гг. XX в.- дар Далматовскому монастырю игум. Тихона (Затёкина) в бытность его наместником верхотурского Никольского монастыря (Д. представлен на фоне монастырских построек, повторяющих вид обители на хромолитографии Е. И. Фесенко 1902 г.; подобный образ - в Верхотурском монастыре); икона 1994 г. насельника мон-ря иконописца иером. Давида (Эрназарова) в круге (помещена во фронтальную часть раки Д.); икона 1997 г. работы О. Вороновой (Воскресенская ц. Шадринска).

К прославлению Д. в 1994 г. в московской мастерской И. Исакова была написана икона святого, изображенного фронтально, по пояс. К празднованию 300-летия преставления Д. в 1997 г. одесский иконописец И. Н. Стоянов выполнил образ для ц. свт. Николая Чудотворца в с. Боровском (в наст. время в скиту во имя Д. Катайского р-на Курганской обл.) - преподобный представлен в клобуке, мантии, с благословляющей именословно десницей и посохом в левой руке. На поясной иконе 2000 г. работы А. Маркова (кафедральный собор блгв. кн. Александра Невского в Кургане) Д. облачен в схиму с куколем на голове, в руках модель мон-ря, вверху - образ Божией Матери «Знамение»; в икону вложена частица мощей святого. Поясной прямоличный образ Д. с частицей мощей (2001, иконописец П. Рублёв) находится над ракой преподобного.

Лит.: Плотников Г. С. Описание муж. Далматовского Успенского мон-ря и бывш. приписным к нему жен. Введенского мон-ря. Екатеринбург, 19064; Пашков А. А. Св.-Успенский Далматовский муж. мон-рь. Шадринск, 2000.