РОССИЙСКАЯ ИМПЕРАТОРСКАЯ АРМИЯ И ВОЕННО-МОРСКОЙ ФЛОТ.

 

РОССИЙСКАЯ ИМПЕРАТОРСКАЯ АРМИЯ В 1904-1905 гг.

   Российская Императорская Армия (Сухопутные войска) делилась на войска регулярные и иррегулярные, в свою очередь подразделявшиеся на полевые, крепостные, казачьи и милицию, резервные, запасные, местные и вспомогательного значения. Помимо этого в военное время дополнительно могло быть призвано ополчение и ополчение казачьих войск. Сухопутные войска включали следующие рода войск: пехоту, кавалерию и артиллерию, которые считались основными. Инженерные войска (саперные, железнодорожные, понтонные, связи, воздухоплавательные) и обозные войска считались вспомогательными.

  

Комплектование армии в 1901-1904 гг.

   Система комплектования войск на основе всеобщей воинской повинности с относительно коротким сроком действительной службы и длительным пребыванием в запасе была впервые введена в России Высочайшим Манифестом Его Императорского Величества Государя Императора Александра II от 1 января 1874 г., который ввел «Устав всеобщей воинской повинности». Призыву на действительную военную службу подлежали все лица мужского пола достигшие к 1 января текущего призывного года возраста 21 года, кроме инородческого населения Закавказского и Туркестанского краев, Амурской, Приморской, Тургайской и Уральской областей, Астраханской и Архангельской губерний и Северного Кавказа.

    Население Великого Княжества Финляндского и территорий казачьих войск проходили службу на основании особых законов.

   Таким образом, общий призыв составлял в России весьма значительную цифру, при этом не подлежали призыву, кроме перечисленных выше, ряд льготных категорий населения, в основном по семейному принципу, а так же врачи и священнослужители. Все прочие проходили процедуру жеребьевки, вытянувшие жребий зачислялись на действительную военную службу, сроком на 5 лет (с 1888 г.), а затем в запас сроком на 13 лет, в ряде военных округов сроки прохождения службы могли быть иными, что, впрочем, общую картину не меняет. Призыв проводился один раз в год и с 1885 г. начинался 15 октября.

   Всего в 1902 г. в армию и флот для прохождения действительной военной службы было зачислено 313 тыс.887 чел. Остальные, как не вытянувшие жребий, так и имеющие льготы зачислялись в государственное ополчение, туда же зачислялись лица, у которых истек срок службы в запасе. Максимальный возраст нахождения в ополчении составлял 43 года.

   Вся территория Империи была разделена на 2-е категории участков комплектации. К первой категории относились участки с преимущественно православным населением, ко второй - с инородческим. При комплектации части в ней должно было быть не менее 2/3 православного состава.

   Комплектование унтер-офицерами производилось путем отбора зарекомендовавших себя хорошей службой солдат, которые после обучения в специальных учебных подразделениях назначались на унтер-офицерские должности. Так как главная роль в обучении и воспитании рядовых, особенно одиночного бойца, и в поддержании внутреннего порядка в подразделениях принадлежала унтер-офицерскому составу, то для закрепления этих кадров в войсках им пытались предоставлять различные льготы и привилегии (служебные, бытовые, материальные) и поощрять их зачисление на сверхсрочную службу. Отслужившие установленные сроки сверхсрочной службы унтер-офицеры зачислялись в запас.

    Офицерские кадры комплектовались двумя путями. Подготовка кадровых офицеров шла через специальные военные учебные заведения по родам войск, в которые принимались на добровольной основе молодые люди, имевшие необходимое образование. Во время войны могли призываться в армию имеющие образование и отслужившие в качестве вольноопределяющихся люди, получающие звание прапорщика.

    Всего к 1904 г. в России было 4 541 000 человек военно-обученного состава, в том числе 1 100 000 в армии, 2 400 000 в резерве регулярной армии, 345 000 казаков, 12 000 в кавказских формированиях и 684 000 в ополчении.

  

Состояние армии накануне и после русско-японской войны.

    В 1903 г. бюджет Военного ведомства составлял 329,9 млн. руб. Численность личного состава армии: 41 709 генералов и офицеров, 9 931 военный чиновник (включая врачей) и 1 066 894 нижних чина. Всего во время войны было мобилизовано и отправлено на Дальний Восток, считая с гарнизоном Порт-Артура, 23 000 офицеров и 1 250 000 нижних чинов.

  

Боевой состав и организация на 1904 г.

   Пехота. Штатная численность на 1904 г.: 772 247 чел. В боевом составе 1 167 батальонов, из них: 982 пехотных, 59 крепостных и 126 резервных батальона. Батальоны сводились в полки.

   Состав полков был очень разнообразен и зависел от их типа. Полки делились на пехотные, стрелковые, резервные, крепостные и отдельные, отличавшиеся составом (двух-, трех- и четырехбатальонные) и неодинаковым числом рот. Имелось 208 полевых полков, из которых 12 гвардейских, 16 гренадерских, 180 пехотных и 28 стрелковых. Крепостные

части включали 21 полк и 13 отдельных батальонов. Резервные батальоны, за исключением четырех отдельных, сводились в полки в составе резервных бригад. Надо заметить, что существующая организация армии страдала серьезным недостатком. Резервные войска значительно отличались от действующих вследствие того, что в этих войсках был менее подготовленный офицерский состав, их боевые качества были ниже, что обнаруживалось особенно в условиях военного времени. В военное время каждая резервная бригада развертывалась в дивизию или две, т.е. каждый батальон в 4 или 8 батальонов, причем пополнялись они запасными более ранних сроков службы, т. е. пробывшими в запасе 10-15 лет. «Самые плохие - это запасные старых (т.е. ранних) сроков службы», - отмечал один из командиров пехотной дивизии на русско-японской войне, развернутой из резервной бригады, генерал М.С.Столица, в своих письмах с театра военных действий. «Неправильная организация войск, - говорится в другом письме, - дала себя чувствовать: наши резервные войска оказались весьма плохи [...]. С такими войсками наступать невозможно».

   Кавалерия. Численность кавалерии составляла 82 658 человек. В боевом составе числилось 56 драгунских полков, 11 гвардейских полков (в т.ч. 2 казачьих) , 47 казачьих полков, всего 725 эскадронов и сотен.

    Пулеметные части. Первые пулеметные роты были сформированы в 1901 г. К 1904 г. в боевом составе имелось 5 пулеметных рот по 8 пулеметов Максим в каждой, из них 1 на Дальнем Востоке. Они были приданы 4, 6, 8 и 16-й пехотным дивизиям, подчинялись в некоторых случаях начальникам штаба дивизии, в других - командирам одного из полков дивизии. 5-я рота была придана 3-й Восточно-Сибирской стрелковой бригаде, расположенной в Порт-Артуре. Таким образом, накануне русско-японской войны в полевых частях русской армии было 40 пулеметов.

     Артиллерия.

    Полевая артиллерия. Численность личного состава на 1903 г.: 154 925 человек. В 1903 г. в состав полевой артиллерии входило 564 батареи, из них: пешей артиллерии 438 полевых и горных, 56 конных, 1 конно-горная, 14 резервных, 46 запасных и 1 резервная конная батареи. На вооружении этих батарей было не менее 5 900 орудий, в том числе около 1 080 скорострельных пушек образца 1900 г. и 1 500 пушек образца 1902 г. Батарея пешей и горной артиллерии имела на вооружении 8 орудий, конной - 6 орудий.

   Крепостная артиллерия. В составе крепостной артиллерии сухопутных крепостей было 6 831 орудия из 7 076 положенных по штату, но необходимо отметить, что только 5 557 орудий соответствовало положенным по нормам снабжения крепостей. Приморские крепости располагали 3 432 орудиями, из них – 2 433 штатных.

   Инженерные войска и службы.

    В 1904 г. в каждый армейский корпус военного времени должен был включаться саперный батальон. Кроме того, имелись отдельные батальоны и роты других технических войск и служб (телеграфные, понтонно-мостовые, железнодорожные и т.п.). В мирное время все инженерные части округа объединялись в бригаду. Всего на 1903 г. общая численность инженерных войск и служб составляла 42 739 человек в 54 батальонах, а при учете крепостных частей - 90 879 человек.

    Высшие соединения:

    Военные округа. В мирное время армейские корпуса и отдельные дивизии (бригады) подчинялись начальникам соответствующих военных округов. Всего насчитывалось 12 военных округов. При объявлении мобилизации на базе управлений военных округов формировались полевые армейские управления.

   Фронт. Опыт боевых действий 1904-1905гг. подтвердил необходимость промежуточной инстанции управления между ставкой главнокомандования и армиями, создание которой предусматривалось в русской армии еще до войны. В качестве таковой на Западе с 1900 г. планировалось создать 2 управления фронтов.

   Армия. Боевой состав армий зависел от их задач и включал в 1904 г., как правило, 2-3 армейских корпуса, кавалерийские и инженерные части, части тыла.

   Армейские корпуса мирного времени состояли нормально из 2 пехотных и 1 кавалерийской дивизии. Туркестанские и Восточно-Сибирские корпуса включали стрелковые бригады. Всего в 1903 г. имелись 29 корпусов: Гвардейский, Гренадерский, 1-20 армейские корпуса, 1 и 2 Кавказский, 1 и 2 Туркестанские, 1, 2 и 3-й Восточно-Сибирские армейские корпуса.

  Кавалерийские корпуса. На 1903 г. было 2 кавалерийских корпуса, по 2 кавалерийские дивизии каждый.

  Пехотная (гвардейская, гренадерская) дивизия военного времени 1904 г. включала две пехотные бригады, казачью сотню, артиллерийскую бригаду, саперную роту (из состава саперного батальона корпуса), обоз. Всего в ней насчитывалось до 18 000 человек и 48 орудий. К 1904 г. имелось 52 пехотные дивизии.

  Пехотная бригада включала 2 пехотных полка по 4 пехотных батальона в каждом.

  Стрелковая бригада, в отличие от пехотных, могла содержаться по разным штатам и иметь в мирное время 4 полка двухбатальонного состава (8 батальонов) или 4 отдельных батальона. Всего было 24 стрелковые бригады, 14 из которых имели по 8 батальонов.

  Резервные бригады. 21 резервная бригада (46-66-я) развертывалась в случае войны в 35 пехотных дивизий (46-81-я). При этом 46-74-я дивизии являлись дивизиями первой очереди, а 75-81-я - второй. Каждая артиллерийская резервная батарея развертывалась в четыре батареи (поэтому в мирное время на вооружении этих артиллерийских батарей было не по восемь, а по 32 орудия).

  Кавалерийская дивизия включала штаб дивизии, два управления кавалерийских бригад и 4 кавалерийских полка по 6 эскадронов в каждом, конно-артиллерийский дивизион из двух батарей по 6 орудий. В 1903 г. имелось 25 дивизий, включая 1-2 гвардейские, 1-15 армейские, Сводную и 6 казачьих. Кроме того, имелись 2 отдельные кавалерийские бригады (по 2 полка).

  

Итоги войны.

      Русско-японская война выявила крупные недостатки в техническом оснащении армии, ее организации, комплектовании и боевой подготовке. Не хватало пулеметов, отсутствовала полевая тяжелая артиллерия, снаряжение оказалось несовершенным, требовала реорганизации обозная часть. В соотношении между родами войск существовала серьезная диспропорция. Многие корпуса были не полностью укомплектованы артиллерией, а в некоторых не было и инженерных частей.

   Неважно было и с командным составом, особенно высшим. Бывший Главнокомандующий русской армией в Маньчжурии генерал А.Н. Куропаткин в своем прощальном приказе войскам с горечью писал: «Мы бедны выдающимися самостоятельностью, энергией, инициативой людьми. Ищите их, поощряйте, продвигайте вперед. Люди с сильным характером, люди самостоятельные, к сожалению, во многих случаях в России не только не выдвигались вперед, но преследовались: в мирное время такие люди для многих начальников казались беспокойными, казались людьми с тяжелым характером и так и аттестовывались. В результате такие люди часто оставляли службу. Наоборот, люди без характера, без убеждений, но покладистые, всегда готовые во всем согласиться с мнением своих начальников, выдвигались вперед...».

    Материальные ресурсы армии были сильно истощены. По свидетельству служившего в то время в Главном штабе Ю.Н. Данилова, в течение всей войны личный состав и материальные средства пополнялись «из частей войск и военных запасов, остававшихся в Европейской России... опрометчиво выхватывались из этих частей войск офицеры, нижние чины младших сроков службы, разного рода специалисты, более усовершенствованная материальная часть, а из складов - не только базисных и крепостных, но даже войсковых - всякого рода предметы и материалы артиллерийского, интендантского, инженерного и санитарного снабжения». Неприкосновенные запасы военной техники, боеприпасов, обмундирования и снаряжения, необходимые для перевода армии на военное положение, были в значительной степени израсходованы во время военных действий, что фактически дезорганизовало оборону западных границ России.

   Таким образом, несмотря на победу, России после войны необходимо было воссоздавать свою военную силу практически заново, приводя при этом организацию армии, вооружение, боевую подготовку войск в соответствие с современными требованиями.

   Война с Японией стоила России более чем 2,6 млрд. руб. Народное хозяйство было расстроено, его потери в результате войны определялись суммой в 4-5 млрд. руб. Кроме того, внешний долг страны достиг почти 3 млрд. руб. и только по процентам ежегодно необходимо было выплачивать 150 млн. руб.

   Все вышеизложенное, наряду с внешнеполитическими и внутриполитическими факторами, определяло характер и сроки военных реформ.

  

РЕФОРМЫ АРМИИ.

     Осуществление реформ в армии проходило в два этапа: первый – 1905-1909 гг. и второй – 1909-1912 гг. Первоначально проводится ряд мероприятий по восстановлению боеспособности армии, начинаются работы по ее техническому переоснащению и реорганизации высшего военного управления. На втором этапе происходит централизация высшего военного управления, реорганизация армии и улучшение ее технического оснащения.

  

Первый этап реорганизации армии.

    Началом серьезных перемен в вооруженных силах стали изменения в высшем военном руководстве. В феврале 1905 г., когда еще шла война, в Петербурге был учрежден Совет Государственной обороны (СГО) - коллегиальный орган, в состав которого вошли военный и морской министр, начальник Морского генерального штаба, начальники Главного и Главного морского штабов, а также генерал-инспекторы всех родов войск. Данный орган управления предназначался для объединения управления армией и флотом и согласования деятельности всех ведомств, связанных с обороной страны. С согласия Императора (регента) на правах членов могли приглашаться другие министры и высшие начальники армии и флота. Председатель СГО имел право личного доклада Императору. Возглавил СГО Великий князь Николай Николаевич.

   Одним из первых и важнейших мероприятий, проведенных СГО, стало обновление старшего командного состава армии. С этой целью 6 апреля 1906 г. при СГО создается высшая аттестационная комиссия, на которую «возложено всестороннее рассмотрение аттестаций на генеральских чинов, выяснение степени пригодности этих чинов к службе и представление достойных к зачислению в кандидаты на высшие командные должности до начальников отдельных бригад включительно». Только в 1906-1908 гг. комиссией было уволено из армии 4 307 человек командного состава по возрасту и несоответствию занимаемой должности. Всего же из армии уволили 7 000 офицеров и генералов.

   Особое внимание СГО обратил на улучшение быта солдат. В его постановлении 30 ноября 1905 г. говорилось: «...для предотвращения возможности появления брожения в войсках необходимо теперь же устранить всякий сколько-нибудь основательный повод для справедливых жалоб нижних чинов: нужно, чтобы всякий солдат был сыт, одет и обут без всякой помощи со стороны». Вскоре был издан соответствующий приказ по Военному ведомству по улучшению быта и довольствия солдат. Так, нижним чинам стали выдавать постельные принадлежности, увеличился пищевой рацион и т. п.

   Следующим шагом стала реформа Военного министерства. Структура Главного штаба, реорганизованного в 1903 г., оказалась не отвечающей требованиям войны. Оперативно-стратегическими вопросами, или службой Генерального штаба, занималось только одно управление 2-го генерал-квартирмейстера. Русско-японская война показала, что оно совершенно не справляется с этими задачами. Поэтому еще в ходе войны встал вопрос о новой реорганизации службы Генерального штаба.

   Разработку новой организации высшего военного управления возглавил ближайший сотрудник Великого Князя Николая Николаевича генерал-лейтенант Ф.Ф. Палицын, высокообразованный офицер, хорошо знакомый с методами работы германского Генерального штаба, но чрезвычайно медлительный и осторожный. Он разработал проект создания самостоятельного органа управления, независимого от военного министра, наподобие Германского Большего Генерального штаба. В начале июня, в Царском Селе, собралось совещание под председательством регента. На нем, в частности, было решено немедленно учредить должность начальника Генерального штаба, который специально бы занимался вопросами стратегического планирования. 21 июня приказом по военному ведомству объявляется Положение о начальнике Генерального штаба. В его обязанности входило: руководить разработкой соображений по подготовке к войне, объединять работы окружных штабов в разработке планов войны, руководить службой и военно-научными работами Генерального штаба: следить за развитием и усовершенствованием всех отраслей военного дела, способствуя распространению военных знаний в армии. Начальник Генштаба подчинялся непосредственно верховной власти, «имея по делам к кругу ведения его относящихся личный доклад императору». У него в подчинении находились Главное управление Генерального штаба (ГУГШ), Николаевская академия Генерального штаба, все офицеры, занимающие штатные должности по Генеральному штабу, офицеры корпуса военных топографов, «железнодорожные и технические для связи войска».

   25 июня 1905 г. выделенные из состава Главного штаба управления 2-го генерал-квартирмейстера, управление военных сообщений, военно-топографическое были объединены в Главное управление Генерального штаба. В него вошли также мобилизационный отдел и отделение по службе Генерального штаба.

   Таким образом, военное ведомство оказалось разделенным на две части: Военное министерство во главе с министром и ГУГШ во главе с самостоятельным начальником Генерального штаба. Первое занималось административно-хозяйственными вопросами и личным составом, второе решало вопросы подготовки страны к войне в стратегическом отношении. Вскоре выяснилось, однако, что начальник Генштаба не только оторван от практической работы, но и не может без содействия военного министра провести в жизнь ни одного необходимого, по его мнению, решения. Доходило до того, что военный министр и начальник ГШ направляли в военные округа взаимоисключающие приказы.

   Введенные еще при Николае I генерал-инспектора родов войск (пехоты, кавалерии, артиллерии, инженерных войск и военно-учебных заведений), подведомственные СГО, так же, как правило, не считались с командующими войсками, вмешиваясь в их распоряжения.

   В результате реформы центрального управления создалось многовластие, еще более дезорганизовавшее и без того расстроенную войной армию.

    Во время войны в результате частичных мобилизаций были призваны запасные нижние чины из всех военных округов. В результате при общей мобилизации укомплектовать армию военно-обученным запасом полностью было бы невозможно, что вызывало серьезную тревогу в Генштабе. 20 марта 1906 г. был опубликован Указ о сокращении сроков действительной службы (в пехоте и полевой артиллерии - с 5 до 3 лет, в других родах войск- с 5 до 4, на флоте - с 7 до 5 лет). Служба в запасе была разделена на два разряда. По первому разряду числились лица младших возрастов, которые пополняли полевые войска. Второй разряд шел на укомплектование резервных войск и тыловых учреждений. Введение сокращенных сроков службы позволило восстановить численность армии до довоенного уровня к 1908 г.

   Одновременно проводились мероприятия по улучшению технического оснащения армии. Еще в ходе войны, в 1905 г. была создана комиссия ГАУ для проверки состояния

вооружения крепостей. В 1906 г. при ГАУ образовано Особое Совещание под председательством генерал-инспектора артиллерии. По результатам работы совещания на имя начальника ГАУ составлен доклад, в котором излагались неотложные меры по перевооружению и реорганизации артиллерии. Е.И.В. Михаил, внимательно следивший за всеми мероприятиями по реформированию армии, затребовал его себе и, по-видимому, тщательно изучил. Планировалось усиление полевой артиллерии за счет создания гаубичных батарей, тяжелых полевых батарей в корпусах, легких батарей для непосредственной поддержки пехоты, повышение боевых возможностей полевых скорострельных пушек образца 1902 г. увеличением угла возвышения и введения фугасных гранат и выстрелов раздельно-гильзового заряжания.

   В сентябре 1906 г. ГАУ объявило конкурс на разработку тяжелой артиллерии. Приглашены - Обуховский, Путиловский, Пермский заводы, фирмы Крупп, Эрхард, Шнейдер, Сен-Шамон, Армстронг и Виккерс.

   В 1907 г. на вооружение принята фугасная 3 дм. граната для полевой пушки, а на следующий год проведены испытания и начались работы по модернизации лафетов пушек.

    В тоже время велись работы по совершенствованию стрелкового вооружения. К 1907 г. была разработана программа модернизации винтовки Мосина и пулемета Максима. В 1908 г. на вооружение принят усовершенствованный вариант патрона с легкой пулей более совершенной аэродинамической формы. Принятие нового патрона вынудило откорректировать программы, а модернизированные образцы поступили на вооружение только в 1910 г.

   Таким образом, в первом периоде удалось восстановить боеспособность вооруженных сил. Однако продолжали оставаться нерешенными многие вопросы, касающиеся подготовки, вооружения, организации, комплектования армии, прохождения службы и снабжения. Первоначально сохранялось разнообразие штатного состава бригад, но состав полков уже к началу 1907 г. был унифицирован. В боевом составе армии насчитывалось 1302 батальона, в том числе 168 резервных и 56 крепостных. Было признано, что содержание данного количества батальонов мирного времени при существующем бюджете невозможно и в 1909 г. пехота была резко сокращена - до 1 166 батальонов, из них 128 второочередных (впервые введенных), 146 резервных и 44 крепостных.

   Между тем международная обстановка после русско-японской войны значительно осложнилась. Правительство понимало, что без мощных вооруженных сил оставаться в ряду великих держав невозможно. Поэтому назревшие вопросы реформирования армии потребовали ускоренного решения.

  

Второй этап реорганизации армии. Большая программа реорганизации армии.

   Второй период военных реформ начался с ликвидации существовавшего в армии многовластия. 13 ноября 1908 г. генерал Ф. Ф. Палицин был заменен на посту начальника Генштаба генералом В. А. Сухомлиновым, командовавшим до этого Киевским Военным округом. 11 марта 1909 г. с поста военного министра ушел А. Ф. Редигер. На его место Е.И.В. Михаил назначил генерала Куропаткина. В декабре 1909 г. был отстранен от должности ВК Николай Николаевич. На место председателя СГО был назначен ВК Александр Михайлович. В январе 1910 г. была принята новая структура ГУГШ, а начальник Генерального штаба, продолжая оставаться членом СГО, был подчинен военному министру. Одновременно на пост начальника Генерального штаба по представлению Куропаткина был назначен генерал Генгросс Б.В.

   Власть военного министра после реорганизации значительно усилилась. Кроме начальника Генерального штаба, ему были подчинены и генерал-инспектора родов войск. Кроме того, военный министр стал председателем высшей аттестационной комиссии. В результате этих организационных мероприятий было восстановлено централизованное военное управление.

   Продолжалась разработка планов реорганизации вооруженных сил. В мае 1908 г. генералы Генерального штаба М. В. Алексеев и В. Е. Борисов разрабатывают краткий план развития армии.

   Доработанный и расширенный при участии Б. В. Генгросса документ лег в основу доклада Куропаткина, направленного в СГО. После принятия в СГО документ, озаглавленный «Большая программа реорганизации и усиления армии» был передан на утверждение Е.И.В. Михаила Александрович.

   20 февраля 1910 г. Е.И.В. Михаил Александрович утвердил «Большую программу».

   Большое внимание уделялось усилению полевых войск, особенно на Дальнем Востоке. По взглядам руководства Военного ведомства именно на них должна лечь вся тяжесть первого этапа вооруженной борьбы. Одновременно в каждом пехотном (стрелковом, гренадерском) полку были сформированы пулеметные роты из 8 пулеметов Максим. По предложению военного министра в полках были введены штатные команды связи, саперные и разведки, уменьшено количество музыкантов. Увольнение нижних чинов в запас предполагалось впредь производить лишь в апреле, вследствие чего в войсках всегда оказывалось штатное число вполне обученных нижних чинов, а новобранцы до окончания их обучения состояли сверх штата.

    Окончательный вариант реформы артиллерии предусматривал создание в армейском

корпусе тяжелого полевого дивизиона (8 - 152 гаубиц, 4 тяжелые 107 мм. пушки), а в пехотной дивизии - артиллерийской бригады из 2 дивизионов по 3 легкие батареи (36 – 76мм. полевых пушек 1902/08 г. с улучшенным лафетом) и одной мортирной батарее (12 - 107 мм. гаубиц) - всего 48 орудий. В 1910 г. было принято новое положение по артиллерийским бригадам, полностью подчинявшее их начальникам дивизий. Предложение о создании полковых батарей было отложено, как "требующее дальнейшего изучения". Также было отложено решение о создании выстрелов раздельно-гильзового заряжания «ввиду возможного отрицательного влияния на скорость стрельбы». Однако были отпущены кредиты на опыты и выпуск небольшой партии таких выстрелов. Осадная и крепостная артиллерия перевооружались на 152 мм. пушку образца 1910 г. (Круппа), 203 мм. гаубицу и 280 мм. мортиру (его же). Кроме того, в осадные полки поступали 152 мм. мортиры ближнего боя, а в крепости - 152 мм. гаубицы, 57 морские и 76 мм. короткие пушки, для использования в качестве противоштурмовых. Так же в крепости и осадную артиллерию были переданы снимаемые с кораблей и береговой обороны 152 , 203 и 305 мм. орудия Морского ведомства на крепостных и осадных станках. Но вплоть до 1912 г. производство тяжелых осадных и крепостных орудий шло медленными темпами, из-за недостаточного финансирования и стремления многочисленных противников вообще прекратить выпуск из-за отсутствия необходимости в таких орудиях в будущей войне.

   Горная артиллерия получила в дополнение к пушке образца 1904 г. еще и 76 мм. горную пушку 1909 г. (Шкода) и 107 мм. горную легкую гаубицу образца 1910 г. (Шкода).

  Конная артиллерия дивизий получала 76 мм. короткие пушки образца 1910 г. с гаубичными свойствами (созданы на базе горной), а конные корпуса - легкие гаубицы калибра 107 мм.

   В 1909-1910 гг. была изменена и дислокация войск мирного времени. Часть войск из западных приграничных округов была переброшена во внутренние округа, что позволило ввести здесь территориальную систему комплектования войск, по которой каждый полк имел свой определенный участок пополнения. Это мероприятие значительно облегчило мобилизацию в случае войны (сроки прибытия запасного состава в часть были минимальными, так как призывались люди из ближайших местностей). Необходимость усиления Дальнего Востока привела к созданию новых управлений корпусов и развертыванию дивизий в Сибири. Одновременно часть первоочередных дивизий в европейской части Империи переформировывалась во второочередные. Все Восточно-Сибирские дивизии переименованы в Сибирские.

   В 1910-1912 гг. начато формирование авиационных частей в армии. В 1911 г. для управления авиацией в составе ГУГШ образована воздухоплавательная часть.

   Важным мероприятием было введение новых уставов и наставлений, значительно улучшавших обучение войск в звене рота-полк и индивидуальную подготовку солдат и унтер-офицеров. Устав полевой службы 1912 г., разработанный с учетом опыта русско-японской войны, более удачно по сравнению с уставами западноевропейских стран решал основные вопросы ведения боя.

    Подверглась реорганизации и система военно-учебных заведений. Юнкерские училища были преобразованы в военные. В их программе больше внимания уделялось профессиональной подготовке.

   В 1911 г. принят новый Закон о воинской повинности. Введенный взамен Закона о воинской повинности 1874 г., он предусматривал снижение призывного возраста, сокращение льгот по семейному положению и, наоборот, увеличение льгот по образованию. Новый закон дал возможность призывать в армию больше физически крепких и здоровых людей.

   Большое значение имело принятие в 1911 г. нового пенсионного устава, который, по словам военного министра Куропаткина «обеспечивая отставным безбедное существование... дает возможность начальникам руководствоваться при аттестовании подчиненных лишь заботой о пользе службы, отбрасывая всякие соображения благотворительного характера». Немаловажным шагом стало также принятие в 1912 г. нового положения о денежном довольствии военнослужащих, дополнившего введенные в 1909 г. дополнительные выплаты и позволившее повысить жизненный уровень военнослужащих. А в 1913 г. было принято новое положение о порядке прохождения службы офицерами, внесшее кардинальные изменения в жизнь офицеров и позволявшее повысить уровень военных знаний офицеров и выдвигать на вышестоящие должности наиболее подготовленных из них.

  

РОССИЙСКАЯ ИМПЕРАТОРСКАЯ АРМИЯ В 1913-1914 гг.

  

Органы высшего военного управления.

   Верховное командование всеми вооруженными силами Российской империи сосредоточено на особе Государя Императора. Он определяет устройство армии и флота, издает указы и повеления относительно всех вопросов, относящихся к обороне государства. В его распоряжении находится Императорская Главная Квартира. В составе ее числились командующий, его помощник, чины свиты Его Величества - 51 генерал-адьютант, 64 свиты Е.И.В. генерал-майоры и контр-адмиралы, 56 флигель-адъютант. В их обязанности входило выполнение личных поручений ЕИВ, дежурство во дворце и сопровождение Е.И.В..

   Также в состав Императорской Главной Квартиры входили военно-походная и морская походная канцелярии Е.И.В. и Собственный Е.И.В. Конвой в составе 2 сотен Кубанского и 2 - Терского казачьих войск, включавший командира (генерал-майор), 4 сотенных командиров, 16 субалтерн-офицеров, 448 строевых и 24 нестроевых нижних чина.

   Вторым главнейшим органом военного управления был Совет Государственной обороны (СГО) - коллегиальный орган, в состав которого входили военный и морской министр, начальники ГУГШ и Морского генерального штаба, начальники Главного и Главного морского штабов, а также генерал-инспекторы всех родов войск. Данный орган управления предназначался для объединения управления армией и флотом и согласования деятельности всех ведомств, связанных с обороной страны. С согласия Е.И.В. на правах членов могли приглашаться другие министры и высшие начальники армии и флота. Председатель СГО имел право личного доклада Е.И.В..

   Все предначертания Верховной власти по отношению к войскам приводились в исполнение через органы центрального управления, на которые была также возложена разработка основных направлений развития вооруженных сил, согласование деятельности административных и военных органов, осуществление контроля по всем вопросам повседневной деятельности войск.

    Все эти органы были включены в состав Военного министерства во главе с Военным министром. Последний назначался Государем Императором и являлся единственным докладчиком Его Императорскому Величеству по всем делам, касающимся военно-сухопутного ведомства. Непосредственно министру подчинялась Канцелярия военного министра, через которую проходили все общие дела и распоряжения по военному ведомству.

    В состав Военного министерства входили:

  1. Военный совет - высшее учреждение по делам военного законодательства и военного хозяйства, по решению важнейших вопросов касающихся войск и военных заведений. Состав назначался по Высочайшему усмотрению, как правило, на четырехлетний срок. При нем состояла и Высшая аттестационная комиссия для рассмотрения дел, связанных с оценкой деятельности высшего командного состава и кандидатур на высшие должности.

  2. Главный штаб - ведавший вопросами комплектования, организации, устройства и обучения войск, организации внутреннего хозяйства частей, делами по личному составу и пенсионными. Во главе Главного штаба стоял начальник, назначаемый Государем Императором.

  3. Главное Управление Генерального штаба - в нем решались все вопросы, связанные с организацией обороны страны: разработкой планов войны, составление мобилизационных расписаний, планов дислокации и развертывания войск, сбор и обработка разведывательной информации, подготовка предполагаемых ТВД в инженерном отношении, распространение военных знаний среди офицерского состава, снабжение войск картами предполагаемых ТВД, руководство научной работой офицеров корпуса Генерального штаба, несших службу в войсковых штабах.

  В ГУГШ по положению от 27 марта 1913 г. входили 6 отделов и комитет Генштаба:

  1) Отдел генерал-квартирмейстера из 6 подразделений:

  - 1-го обер-квартирмейстера (8 делопроизводство) - занимавшееся общими вопросами обороны, военной статистикой, а также оперативными вопросами Европейского ТВД и специальными занятиями офицеров ГШ.

  - 2-го обер-квартирмейстера (4 делопроизводство) - занимавшееся оперативными вопросами Азиатского ТВД.

  - Крепостная часть (3 делопроизводство) - занимавшееся вопросами устройства и совершенствования сухопутных крепостей, оперативными вопросами по их использованию во время войны.

  - Особое делопроизводство -  разведка и контрразведка.

  - Делопроизводство по службе Генерального штаба, которое занималось прохождением службы офицерами ГШ.

  - Военно-учетный архив и библиотека.

  Генерал-квартирмейстер, являвшийся ближайшим помощником начальника Генерального штаба, непосредственно руководил также военными агентами.

  2) Отдел по устройству и службе войск - 9 отделений, которые занимались организацией всех родов войск, их боевой подготовкой, дислокацией, изданием уставов и наставлений. При отделе состояла редакция журнала «Военный сборник» и газеты «Русский инвалид».

  3) Мобилизационный отдел - 4 отделения, которые занимались вопросами мобилизации и призыва, отвечало за материальные запасы, предназначенные для мобилизации армии.

  4) Отдел военных сообщений - 7 отделений, ведавших перевозками войск. Начальник отдела одновременно был генеральным инспектором железнодорожных войск.

  5) Военно-топографический отдел - 2 отделения, занимавшийся организацией астрономических, геодезических, топографических и картографических работ в армии. Начальник отдела возглавлял корпус военных топографов.

  6) Отдел Воздушного флота - 2 отделения, занимавшиеся организацией воздухоплавательных частей и разработкой вооружения дирижаблей и аэропланов.

   При начальнике Генерального штаба состоял комитет ГШ, предназначенный для обсуждения важнейших вопросов укомплектования армии, вооружений, перевода армии на военное положение. В состав комитета входили: Начальник ГУГШ, начальник Главного штаба, начальники главных управлений, начальник канцелярии Военного министерства, генерал-квартирмейстер и начальники отделов ГУГШ.

   Начальнику ГУГШ подчинялись Николаевская академия ГШ и топографическое училище.

  4. Главное артиллерийское управление - центральный орган по решению всех вопросов относящихся к артиллерии русской армии. Включало 3 отдела:

  1) Административный отдел - отделение по учету личного состава, мобилизационное и организационное отделение; юридическую, казначейскую части, архив и канцелярию.

  2) Хозяйственный отдел (7 отделений) - занимался вопросами учета, хранения и обеспечения войск артиллерией, стрелковым оружием боеприпасами и артиллерийским техническим имуществом.

  3) Отдел технических артиллерийских заведений (4 отделения) - управляло орудийными, оружейными, пороховыми, патронными и т.п. заводами и мастерскими при арсеналах. Всего в прямом подчинении ГАУ было около 50 заводов и по его заказам могли работать до 200 частных предприятий.

  5. Главное военно-техническое управление ведало вопросами фортификации, обеспечения войск инженерным имуществом, техническими и транспортными средствами, вооружением воздухоплавательных и авиационных частей, а также организацией научных исследований по оснащению армии современными техническими средствами и их боевому применению. Состояло из 4 отделов и 2 комитетов.

  1) Административный отдел - отделение по учету личного состава, мобилизационное и организационное отделение; юридическую, казначейскую части, архив и канцелярию.

  2) Крепостной отдел - отвечал за строительство крепостей и, совместно с Главным артиллерийским управлением, за их вооружение.

  3) Электротехнический отдел - ведал вопросами боевого применения, учетом, хранением и снабжением войск средствами связи, прожекторами, минами, фугасами.

  4) Технический отдел - занимался обеспечением вооружением и техническим имуществом воздухоплавательных, автомобильных, железнодорожных, саперных и понтонных частей.

  5) Технический комитет - отвечал за проведение научно-исследовательских работ в области военной техники.

  6) Хозяйственный комитет - контролировал производство всех видов военно-технического имущества и вооружения.

  Под руководством Главного военно-технического управления состояли также инженерные военно-учебные заведения.

  6. Главное интендантское управление ведало снабжением войск всеми видами довольствия, в том числе денежного, а также их заготовкой и хранением. Управление состояло как бы из 3 органов – само управление, как контрольно-распорядительная инстанция, интендантские учреждения и заведения, которые занимались изготовлением, хранением и отпуском в войска предметов довольствия и вещевые приемные комиссии.

  Разработкой правил изготовления, хранения и приема предметов довольствия, отработкой образцов занимался технический комитет при ГИУ.

  7. Главное военно-санитарное управление - ведало всеми медицинскими вопросами.

  С ним тесно сотрудничал Александровский комитет о раненых, учрежденный для оказания помощи чинам военного и военно-морского ведомств, получившим ранения и увечья во время боевых действий.

  8. Ветеринарное управление занималось вопросами ветеринарного обеспечения войск.

  9. Главное управление военно-учебных заведений - ведало всеми военно-учебными заведениями, включая кадетские корпуса, за исключением высших и специальных.

  10. Главное казачье управление, в ведении которого находились все военные и гражданские вопросы, касающиеся казачьих войск.

  11. Главное военно-судное управление во главе с Главным военным прокурором занималось всеми вопросами военного законодательства и вело учет всего личного состава по этому ведомству.

  12. Главный военный суд - высшее кассационное учреждение военного ведомства.

  13. Верховный военно-уголовный суд - рассматривал дела о преступлениях по службе высших чинов армии.

  14. Управления генерал-инспекторов стрелковой части в войсках, пехоты, кавалерии, артиллерии, военно-учебных заведений, железнодорожных войск, крепостной и осадной артиллерии.

  15. Комитеты - военно-санитарный, по образованию войск, по устройству казарм и крепостной отдел.

     Для обеспечения руководства войсками на местах в Российской империи на 1914 г. имелись 12 военных округов. Во главе округа стоял командующий войсками, которому подчинялись все войска, заведения и учреждения военного ведомства на территории округа. Органами военно-окружного управления являлись:

  1. Военно-окружной совет, во главе с командующим, который руководил военным хозяйством округа.

  2. Окружной штаб, во главе с начальником штаба, главный орган управления всеми родами войск на территории округа. Штабы пограничных округов состояли из 3 управлений:

  - управление окружного генерал-квартирмейстера, которое заведовало всеми оперативными вопросами, мобилизацией и вопросами, относящимися к Генеральному штабу;

  - управление окружного дежурного генерала, в ведении которого были инспекторская, хозяйственная и госпитальная части;

  - управление окружного начальника военных сообщений, отвечавшее за организацию перевозки войск и воинских грузов на территории округа.

  В остальных округах имелись два управления - строевое и мобилизационное.

  3. Окружное артиллерийское управление, возглавляемое начальником артиллерии округа, заведовавшее всеми артиллерийскими частями, а также вопросами, относящимися к ГАУ.

  4.  Окружное интендантское управление, во главе с окружным интендантом.

  5.  Окружное управление инженерной части.

  6. Окружное управление по квартирному довольствию войск заведовало крепостями, зданиями, техническими и гидротехническими сооружениями, используемыми армией, различными инженерными командами и мастерскими.

  7.  Окружное военно-санитарное управление.

  8.  Окружное военно-ветеринарное управление.

   С объявлением мобилизации командующие войсками пограничных округов должны были вступить в командование армией и группой армий, развертываемых в округе, а штаб округа и окружные управления формировали полевые управления армии или фронта. Оставшиеся структуры управлений продолжали действовать как местные исполнительные органы полевого управления, подчиняясь помощнику командующего войсками округа, который оставался на месте в качестве начальника военно-окружных управлений.

    Органы высшего военного управления на 1914 г.:

  Военный министр: ген. от инфантерии Шуваев Д.С.

  Пом. военного министра: ген.-майор Иозефович Ф. Д.

  Ком. Императорской главной квартиры:ген-адъют., ген от инфантерии барон Зальца А.Е.

  Военное министерство:

  Нач. Главного Управления Генерального Штаба: ген. от инф. Генгросс А.А.

  Нач. Главного Штаба: ген от инф. Поливанов А. А.

  Нач. Главного Артиллерийского Управления: ген-лейтенант Маниковский А.А.

  Нач. Главного Интендантского Управления: ген. от инфантерии Шкинский Я. Ф.

  Нач. Главного Инженерного Управления: ген.-адъют., ген-лейтенант Е.И.В. ВК Петр Николаевич

  

Комплектование.

    Рядовой состав.

   Комплектование армии нижними чинами производилось на основе «Устава о всеобщей воинской повинности» 1874 г. с изменениями, внесенными в 1911 г. На действительную службу призывались мужчины, достигшие на 1 января года призыва 20 летнего возраста.

   Сроки службы по сравнению с установленными в 1874 г. были сокращены и составляли:

  -  в пехоте и пешей артиллерии 18 лет: 3 года на действительной службе и 15 лет в запасе (из них 7 лет в запасе 1 разряда).

  - в кавалерии, конной и осадной артиллерии, инженерных войск 17 лет: 4 года действительной службы и 13 лет в запасе (из них 7 лет в запасе 1 разряда).

   По окончании срока службы в запасе все запасники причислялись к государственному ополчению, в котором состояли до достижения 43-летнего возраста. Казаки и инородцы, причисленные к казачеству, призывались и несли службу на основании Казачьего уложения. Так как количество призывников превышало требуемое количество новобранцев, допускались разного количества льготы, введенные до 1911 г.

   Так же не изменялся порядок комплектования из различных районов и отсутствие призыва инородческого населения некоторых губерний.

    Призыв на военную службу производился с 1 сентября по 1 ноября. В указанный день все, подлежащие призыву (кроме имевших освобождение от службы) прибывали на свои сборные пункты для участия в жеребьевке. Всех, кто вытянул жребий, заносили приемный список, информировали о дне явки на сборный пункт и отпускали домой. Не принятые на службу зачислялись в ополчение с выдачей свидетельства. В последующем они призывались на краткосрочные сборы.

    По прибытии в часть новобранцы в течение 4 месяцев проходили обучение, затем их приводили к присяге. Прием присяги происходил в торжественной обстановке в присутствии духовенства и высшего военного руководства. Текст присяги зависел от вероисповедования, а также отличался и в том случае, когда нижние чины производились в офицеры.

   Увольнение в запас производилось в апреле, вследствие чего в войсках всегда оказывалось штатное число вполне обученных рядовых, а новобранцы до окончания их обучения состояли сверх штата.

     Добровольцы («охотники»), принимались на военную службу с 18 лет, а кроме того те, кто ранее получал отсрочку или даже освобождение от службы. «Охотники» принимались во все рода войск, но только на строевые должности. Исключения делались только для имеющих техническое образование. «Охотники» находились на казенном содержании и были обязаны отслужить установленный законом срок на общих основаниях, при этом они могли пользоваться всеми положенными льготами.

    Вольноопределяющимися могли поступить на действительную службу молодые люди, достигшие 17 лет, закончившие не менее 1 курса среднего учебного заведения и годные по состоянию здоровья. Вольноопределяющиеся принимались во все рода войск только на строевые должности и содержались за счет казны, за исключением гвардии, где содержались за свой счет. Срок службы для них установлен в 2 года действительной службы и 16 лет в запасе. Служили вольноопределяющиеся на общих основаниях, участвуя во всех занятиях и учениях, за исключением хозяйственных работ. Тем, кто содержал себя за свой счет, разрешалось вне периода лагерных сборов проживать на частных квартирах. В конце первого года службы вольноопределяющийся мог сдать экзамен на производство в чин прапорщика и, в случае успешной сдачи, далее проходил службу (срок сокращался до 1,6 года) на офицерских должностях. В конце второго года можно было сдать экзамены по курсу военного училища с последующим производством в чин подпоручика (корнета, хорунжего). Вольноопределяющиеся, имевшие специальность врача или фармацевта служили 1,5 года, причем после первых четырех месяцев службы назначались на должность в соответствии со своей специальностью.

   Недостатками системы комплектования был слабый учет необходимости наращивания вооруженных сил в ходе войны и неправильная политика в использовании государственного ополчения. Зачисление в ополчение приводило к тому, что молодые ратники ополчения в строй не призывались, а состоящие в запасе отцы семейств подлежали мобилизации. Более справедливым в этом плане был казачий устав.

  Унтер-офицерский состав.

   Унтер-офицерский состав пополнялся из рядовых путем отбора среди них наиболее грамотных, отличающихся усердием и способностями к службе, причем по собственному желанию. Подготовка унтер-офицеров проводилась в полковых учебных командах. В полковую школу зачислялись рядовые прослужившие не менее 1 года 9 месяцев (у казаков - 1 год 4 месяца).

    Учебная команда организовывалась при полковом штабе, имела отдельное помещение и свое хозяйство. Заведовал ею офицер - начальник полковой команды, которому в помощь назначалось необходимое число офицеров для проведения занятий. Кроме офицеров, занятия проводили также врач, ветеринар, полковой священник и заведующий оружием. Общее наблюдение за командой осуществлял один из штаб-офицеров полка на правах батальонного командира. Обучение проводилось в зимнее время после лагерных сборов. Для закрепления знаний на практике обучаемые привлекались к исполнению должностей младших командиров в полковой учебной команде.

    Ежегодно в конце обучения комиссия под председательством командира полка принимала у кандидатов в унтер-офицеры экзамены. Успешно сдавшие экзамены возвращались в роты. При появлении вакансий они назначались на должность командира отделения, получая чин младшего унтер-офицера. В дальнейшем они могли назначаться и на должность командира взвода. Согласно положению нижние чины не могли производиться в унтер-офицеры без окончания полковой учебной команды, за исключением особых случаев боевого отличия.

   Многие унтер-офицерские должности в частях должны были заполняться сверхсрочнослужащими. Так, в роте или эскадроне полагалось иметь 8 сверхсрочнослужащих. На сверхсрочную службу оставлялись строевые унтер-офицеры и ефрейторы, а также вольноопределяющиеся и охотники по окончании обязательного срока действительной службы, по собственному желанию и в случае ходатайства их начальников. Кроме того, на нее принимались сверхсрочнослужащие, которые числились в запасе не более 2 лет. Во всех случаях решение о зачислении принимал командир полка. При этом прослужить они должны были не менее года (из запаса - не менее 2 лет). Далее ежегодно требовалось подавать ходатайство на продление службы.

   Через 15-20 лет сверхсрочнослужащие подлежали увольнению с зачислением, в соответствии с возрастом, в запас или ополчение. При этом им полагалась пенсия в размере 96 рублей.

    Все сверхсрочнослужащие подразделялись на 2 разряда:

   - подпрапорщики, произведенные в этот чин из строевых унтер-офицеров после окончания войсковых школ при дивизиях, артиллерийских бригадах и отдельных частях. Такие школы начали создаваться с 1906 г. Подпрапорщики занимали должности фельдфебелей (вахмистров), взводных командиров.

   - унтер-офицеры и ефрейторы. Не проходили курса войсковой школы, но могли пройти его в любой год службы и получить чин подпрапорщика.

   Число сверхсрочнослужащих обоих разрядов определялось особыми штатами. Так, в роте их должно было быть поровну - по 4 1 и 2-го разряда соответственно.

    Офицерский состав.

  Офицерский корпус русской армии до 1915 г. пополнялся главным образом выпускниками военных училищ. Кроме того, самостоятельно подготовиться по программе военного училища (чаще всего пехотного или кавалерийского) и сдать экзамены на первый офицерский чин могли вольноопределяющиеся на втором году службы и строевые унтер-офицеры всех родов войск, имеющие аттестат об окончании полного курса высшего или среднего учебного заведения (отслужившие положенный срок действительной службы, в т.ч. не менее 1 года в унтер-офицерском звании).

    В военные училища принимались молодые люди, годные по состоянию здоровья к военной службе в возрасте от 17 до 28 лет со средним или неполным средним образованием (только в казачьи и пехотные училища с трехлетним сроком обучения).

   Военно-учебные заведения делились на две категории: воспитательные заведения и непосредственно приготовляющие офицеров.

   К первой категории относились кадетские корпуса: Пажеский, 1-й Е.И.В. Михаила Александровича, 2-й императора Петра Великого, Александровский и Николаевский (в Санкт-Петербурге), Финляндский, 1-й, 2-й, 3-й Московские, Орловский Бахтина, Воронежский ВК Михаила Павловича, Нижегородский графа Аракчеева, Полоцкий, Псковский, Петровский Полтавский, Владимирский Киевский, Симбирский, Оренбургский - Неплюевский, 2-й Оренбургский, Сибирский, Тифлисский, Донской, Ярославский, Одесский и Варшавский, Вольский - всего 26. При корпусах Пажеском и Финляндском имелись специальные классы, соответствующие военным училищам. К воспитательным заведениям еще относились: Иркутская и Хабаровская приготовительные (для поступления в Сибирский корпус) школы. Кадетские корпуса - это закрытые общеобразовательные средние военно-учебные заведения с 7-летним сроком обучения, которые вместе со средним образованием дают и военное образование.

   Военные училища:

  1) 6 пехотных с двухгодичным сроком обучения - Павловское и Владимирское (Санкт-Петербург), Александровское, Алексеевское (Москва) и 1-е Киевское ВК Константина, Казанское;

  2) 5 пехотных с трехлетним сроком обучения - в Вильно, Одессе, Тифлисе, Чугуеве и Иркутске;

  3) 3 кавалерийских - Николаевское (Санкт-Петербург), в Твери и Елисаветграде,

  4) 3 казачьих - Новочеркасское, Ставропольское и Оренбургское,

  5) 3 артиллерийских с трехлетним сроком - Михайловское и Константиновское (Санкт-Петербург), Сергиевское (Одесса),

  6) 1 инженерное с трехлетним сроком - Николаевское.

   Кроме того, для подготовки топографов существовало военно-топографическое училище. Офицеров, в основном для гвардии, готовил также и Пажеский корпус, где имелись два специальных класса с программой военного училища.

   Обучающиеся в юнкерских и военных училищах называются юнкерами и считаются состоящими на действительной военной службе и полностью содержатся за счет казны, за исключением незначительного количества в Николаевском кавалерийском и инженерном училищах. Кроме того, для поступления в кавалерийское училище требовался взнос так называемого реверса в сумме 600 руб. (300 при поступлении и 300 при переводе на следующий курс), который по окончании училища перечислялся по месту службы молодого офицера для покупки им лошади. С 1912 г. во всех военных училищах, за исключением Пажеского корпуса, были отменены все сословные ограничения при приеме (до этого в Алексеевское и Павловское пехотные и Николаевское кавалерийское принимались преимущественно дворяне).

   При выпуске из училища по результатам экзаменов вычислялся средний балл для каждого выпускника, в соответствии с которым все они делились на 3 разряда. Окончившие училище по 1 разряду производились в первый офицерский чин подпоручика (корнета, хорунжего) и получали старшинство (выслугу лет в офицерских чинах) в 1 год. При этом лучшие из них могли быть произведены в чин подпоручика гвардии, что соответствовало по табелю о рангах чину поручика в армейских частях. Окончившие училище по 2 разряду так же производились в чин, но без старшинства. Наконец, окончившие училище по 3 разряду выпускались в строй унтер-офицерами и первый офицерский чин получали лишь через 6 месяцев службы, причем до 1913 г. - без экзаменов. По установленному положению производство в первый и последующие офицерские чины производилось лично Государем Императором с объявлением в Высочайшем Приказе. Однако в военное время данное право было дано Верховному Главнокомандующему и Главнокомандующим фронтов (последним - до генерал-майора включительно) с последующим Высочайшим утверждением.

   Право выбора предстоящей службы также зависело от среднего балла, но с предоставлением льгот, занимавшим в процессе обучения младшие командные должности юнкерам. При этом зачисление в гвардию производилось только с согласия офицерского собрания части после всестороннего рассмотрения кандидата. Так называемый «гвардейский» балл должен был быть не ниже 9 по всем предметам, а по строевой подготовке - 11. Но служба в гвардии требовала наличия дополнительных источников дохода, так как расходы гвардейского офицера значительно превышали уровень получаемого жалования (так, в Лейб-гвардии Гусарском полку ежемесячные расходы офицера составляли 400-500 руб.). Деньги расходовались на соблюдение установленных традициями правил поведения гвардейского офицера. Большинство же офицеров, не имевших никаких доходов, кроме жалования, не могло себе этого позволить.

    Каждый офицер обязан был прослужить не менее 3-4,5 лет (по 1,5 года за год обучения в училище). Прослужив обязательное время по окончании военного училища или академии, офицер в мирное время имел право на добровольное увольнение со службы независимо от выслуги лет. В военное время увольнения со службы разрешалось лишь по состоянию здоровья. Офицер мог быть также уволен по решению начальства или решению офицерского суда чести за поступки, несовместимые с понятием офицерской чести.

   Но право на пенсию офицер получал (до 1913 г.) начиная с 25 лет выслуги, а по Положению 1913 г. - с 10 лет выслуги. По этому положению пенсионные выплаты после 10 лет службы увеличивались пропорционально старшинству и к 25 годам пенсия достигала суммы, выплачиваемой ранее при достижении данной выслуги.

   Вольноопределяющиеся и унтер-офицеры, в случае успешной сдачи экзаменов, возвращались в свои части и первый офицерский чин получали одновременно с выпускниками училищ.

    Молодые офицеры назначались, как правило, на должности субалтерн-офицеров рот, эскадронов (сотен) и батарей и в последующие чины до штабс-капитана (штабс-ротмистра, подъесаула) включительно производились по достижении выслуги 3 лет (до 1913 г. - 4) в каждом чине. Производство осуществлялось по представлению начальства строго в порядке последовательности.

   При производстве в чин капитана (ротмистра, есаула) требовалось наличие вакансии, как правило, должности ротного (эскадронного, сотенного) командира. Назначение на вакантные должности производилось по старшинству офицеров, с учетом наличия выслуги в штабс-капитанском чине не менее 3 (4 до 1913 г.) лет. Производство в чин подполковника производилось также при наличии вакансий. Но при этом 50% должностей должно было замещаться капитанами по старшинству и 50% - по усмотрению командования при наличии хорошей аттестации. Но в любом случае необходимо было иметь стаж командования ротой не менее 2 лет.

   При производстве в полковники старшинство (за исключением гвардии) не имело значения и на вакантные должности назначались подполковники исключительно на основе аттестования. Но при этом требовалось, чтобы кандидат на полковничью должность был не старше 55 лет, имел старшинство не менее 15 лет, из них не менее чем 3 года - на должности, соответствующей чину подполковника. Некоторые исключения из правил чинопроизводства делались для георгиевских кавалеров и выпускников Николаевской академии Генерального штаба.

   С 1913 г. в аттестации стали отмечаться результаты обучения на штаб-офицерских и кавалерийских курсах при корпусах и дивизиях. Курсы делились на 4 отделения - ротные, батальонные, полковые и бригадные. Кандидаты на получение соответствующих должностей перед выдвижением должны были проходить обучение на этих курсах. Впервые подобные курсы для кандидатов на должности ротных командиров были введены в 1907 г. в Московском и Киевском округах по предложению военного министра А.Ф.Редигера.

    Военные академии - Николаевская Генерального штаба, Михайловская артиллерийская, Николаевская инженерная и Александровская военно-юридическая давали офицерам высшее военное образование по соответствующим специальностям.

   Своеобразное место занимали офицерские школы - стрелковая, кавалерийская, артиллерийская, автомобильная, воздухоплавательная и военная электротехническая, имеющие целью усовершенствование офицеров разных родов оружия в соответствующих специальностях.

     Военные чиновники и врачи.

   Военно-лечебная часть в РИА подразделялась на медицинскую, ветеринарную и фармацевтическую. Комплектование штата врачебных чинов осуществлялось в мирное время в основном выпускниками Императорской военно-медицинской академии и университетов, а также приемом на службу добровольцев с соответствующим образованием. В военное время доукомплектование производилось путем призыва врачей из военно-медицинского состава, а на должности младших врачей допускались студенты- медики старших курсов с присвоением звания зауряд-врача. Военные врачи могли занимать последовательно должности младшего, старшего, дивизионного и корпусного врачей.

    В штабах всех уровней, в учреждениях и заведениях военного ведомства наряду с офицерскими должностями существовали такие, которые замещались исключительно гражданскими лицами - чиновниками военного ведомства. К ним относились должности интендантов, контролеров, делопроизводителей, казначеев. Комплектование их в мирное время осуществлялось за счет приема на службу добровольцев, имеющих право на классный чин по образованию, перевода чиновников из других ведомств и производством нижних чинов, выполнивших установленные для этого условия.

    При этом призванным на службу по жребию, «охотникам» из числа унтер-офицеров и находящимся на нестроевых должностях разрешалось присваивать первый классный чин после сдачи экзаменов при одном из военных училищ с трехлетней программой, соответствующие условиям приема в общий класс, с добавлением специальных вопросов по кругу деятельности. После успешной сдачи экзаменов они назначались на вакантные должности с присвоением первого классного чина (коллежский регистратор). Дальнейшее повышение в чине производилось по правилам чинопроизводства, принятым в Империи. В военное время младшие чиновничьи должности могли замещаться нижними чинами по усмотрению начальства.

   На военных врачей и чиновников военного ведомства распространялись основные положения по обеспечению офицеров, а также большинство льгот и привилегий, установленных для военнослужащих.

    Военное духовенство.

   Каждый пехотный (стрелковый) и кавалерийский полки имели своего священника, который ведал религиозным воспитанием воинов и проведением церковных обрядов, как в мирное, так и в военное время. Дополнительно на него возлагались обязанности по организации захоронения погибших, их отпевания и извещения родственников. В помощь полковому священнику выделялся церковник без сана из нижних чинов. Воинские священники состояли также в штатах артиллерийских бригад, некоторых штабов и учреждений военного ведомства. Кроме православных священников при штабах армий (в мирное время - округов) были также католические капелланы, лютеранские и евангелические проповедники, и мусульманские муллы. При некоторых полках и военных заведениях имелись полковые церкви. Непосредственный контроль за деятельностью полковых священников возлагался на дивизионных благочинных и местных архиереев.

   Общее руководство за деятельностью военного духовенства возлагалось на протопресвитера армии и флота, который назначался Синодом по ходатайству Военного министра с последующим утверждением Государем Императором. По рангу протопресвитер равнялся архиепископу и генерал-лейтенанту армии и имел право личного доклада Государю Императору. По делам духовным он подчинялся Синоду, а по военным - Военному министру.

   При нем имелся помощник, секретарь, духовное присутствие и канцелярия. Повседневное же управления деятельностью военных духовников осуществляло Духовное правление из канцелярии и присутствия, члены которого назначались протопресвитером с утверждением Синода. Всего в ведении протопресвитера числилось более 12 соборов и свыше 500 полковых, крепостных и госпитальных церквей.

   С 1911 г. протопресвитером был утвержден о. Шавельский, начавший служение полковым священником, ставший дивизионным благочинным и затем - Главным священником Маньчжурской армии. Он имел боевые награды - орден Св. Георгия IV степени и Св. Владимира III степени.

  

Довольствие войск.

    Довольствие войск, в общем, делилось на денежное, провиантское, вещевое,

квартирное, фуражное, артиллерийское и инженерное.

     Довольствие офицеров.

   Основным видом офицерского довольствия являлся оклад денежного содержания, который состоял из штатного жалования офицера, столовых и добавочных денег.

   Штатное жалование назначалось, как правило, в зависимости от чина и только в некоторых учреждениях офицерам и генералам, замещающим административные должности, оклады назначались в зависимости от занимаемой должности. Врачам (в том числе ветеринарным) жалованье, столовые и добавочные деньги выплачивались в зависимости от должности, присвоенного им разряда и стажа работы, а военным чиновникам - от занимаемой должности и стажа.

   В отдаленных местностях (Туркестанский военный округ, Омская, Иркутская, Архангельские губернии, Приморский край, Сахалин, Камчатка и Якутия) офицерам, чиновникам и военным врачам назначались усиленные оклады. Такие же оклады получали врачи, работающие в клиниках нервно- и душевнобольных, слушатели военных академий и офицерских школ, постоянный состав офицерских школ, а также военнослужащие воздухоплавательных и авиационных частей.

    С 1909 г. строевым офицерам начали выплачивать так называемые добавочные деньги в зависимости от звания. Так обер-офицеры получали добавочные деньги за выслугу лет за 4 года службы в строю, а штаб-офицеры за 5. При этом подполковники получали их, если общая сумма получаемого жалования, столовых и добавочных денег не превышала 2 400 руб., а полковники- 2 520 руб.

    Столовые деньги, в отличие жалования и добавочных денег, назначались в зависимости не от чина, а от занимаемой должности.

   Гвардейские офицеры получали оклад жалования на одну ступень выше имевшегося чина (т.е. капитан гвардии получал как полковник армии). Кроме того они получали ежегодную прибавку в размере половины оклада жалования по табелю 1859 г.

    Вычеты из окладов жалования и столовых денег были фиктивными и оплачивались из так называемых специальных надбавок к окладам и столовым деньгам.  

   С июля 1912 г. летчикам и личному составу армейской авиации было установлено добавочное денежное содержание.

   Имелись и разнообразные дополнительные выплаты, например, в некоторых отдаленных местностях офицеры получали дополнительные особые суточные деньги. Кроме того, суточные были положены в мирное время при походе продолжительностью более 3-х суток в составе части, в период командировок, лагерных сборов и т.п. В военное время вместо суточных выплачивались порционные деньги, которые подразделялись на полевые порционные (непосредственно на ТВД) и походные порционные и зависели от занимаемой должности.

   Кроме постоянных выплат, в отдельных случаях офицеры получали единовременные денежные выплаты - на пошив обмундирования, покупку коня и седла, приобретение холодного оружия и снаряжения, за окончание курса академии по 1 разряду, при убытии офицера для прохождения дальнейшей службы в отдаленные местности, при объявлении мобилизации и т. п.

   Все генералы и офицеры имели право на получение казенной квартиры, а в случае невозможности ее предоставления - квартирные деньги на наем квартиры. Кроме того, полагались деньги на отопление, освещение квартиры и содержание конюшни. Размер выплат зависел от разряда местности. Все местности Российской Империи подразделялись на 9 разрядов. К 1-му относились наиболее дорогие города - Санкт-Петербург, Москва, Киев, Одесса, Владивосток, а к 9-му - мелкие уездные города и местечки.

    Деньги на наем конюшни, а также фуражные генералам и офицерам выплачивались в том случае, если им по службе полагалась лошадь.

   Форму одежды офицеры приобретали за свой счет, что серьезно сказывалось на бюджете офицера ввиду ее дороговизны. Фома мирного времени подразделялась на парадную, обыкновенную, служебную и повседневную, а в гвардии - дополнительно бальную парадную и повседневную. Форма мирного времени каждого рода и вида войск, а иногда и для каждой части и учреждения имела свои отличительные особенности. Форма же военного времени была в основном унифицирована и носилась как на ТВД, так и в частях,

    Стандартный комплект формы военного времени включал:

  - походный китель (в летнее время) или мундир защитного цвета,

  - шаровары укороченные защитного цвета (в кавалерии и у казаков - темно-синего цвета),

  - сапоги высокие, кому положено - со шпорами,

  - фуражка суконная защитного цвета или папаха мерлушковая серая,

  - пальто, башлык, наушники и перчатки.

   При этой форме полагалось иметь шашку на поясной или плечевой (в кавалерии) портупее, наган в кожаной кобуре (или пистолет разрешенной марки), бинокль и офицерскую сумку.

    Довольствие нижних чинов.

   Денежное жалование нижних чинов зависело от занимаемой должности и звания и подразделялось как и офицерское на основное и усиленное. При этом нижние чины гвардии получали на 6 руб. в год больше в мирное время и на 9 руб. больше в военное время.

   Сверхсрочнослужащие, помимо жалованья, получаемого за исполнение должностных обязанностей, как и у нижних чинов, ежемесячно получали дополнительное жалование. Эти выплаты были увеличены в 1911 г. Кроме того, за беспорочную службу в течение 2-х и 10-ти лет сверхсрочнослужащие получали единовременные пособия. Женатые унтер-офицеры и ефрейторы получали дополнительно 72 руб. ежегодно.

    Как и у офицерского состава, у нижних чинов производились фиктивные вычеты на госпиталь и медикаменты.

    Нижние чины могли дополнительно получать деньги в качестве заработной платы при назначении их на работы, при награждении Знаком отличия Военного ордена и Георгиевской медалью «За храбрость» к жалованию полагались ежегодные надбавки, а за участие в Высочайших смотрах и парадах, за совершение похвальных поступков могли выплачиваться единовременные пособия.

   Семейные сверхсрочнослужащие, а в некоторых местностях и солдаты, получали квартирные деньги.

   Вещевое довольствие нижних чинов состояло из обмундирования, амуниции и снаряжения, которые составляли собственность воинской части, и вещей, становившихся после выдачи собственностью владельцев: сапоги, постельное и нижнее белье. Постельное белье нижние чины стали получать с 1906 г.

   Амуниция и снаряжение, к которым относились поясные ремни, патронные сумки, винтовочные ремни, чехлы и т.п. имели различные сроки службы (как правило, 5-10 лет) и выдавались личному составу во временное пользование.

    В соответствии с установленными правилами существовали провиантское, приварочное и чайное довольствие нижних чинов. Горячая пища полагалась 3-2 раза в день и состояла, как правило, из щей и каши. На человека ежедневно полагалось 3 фунта (1 230 г.) хлеба или 2 фунта сухарей, 32 золотника (136 г.) крупы. В гвардии эта норма была увеличена до 48 золотников (205 г.). Вместо хлеба для выпечки на месте могла выдаваться мука. Для приготовления обеда и ужина выдавались приварочные деньги из расчета покупки 0,75 фунта (307 г.) мяса 2 сорта и овощей, масла, сала, перца, соли и пшеничной муки. В 1911 г. эти деньги был несколько увеличены. Кроме провиантского довольствия и приварочных денег, на каждого человека отпускались чайные деньги на покупку 48 золотников (2 г.) чая и 6 золотников (25 г.) сахара, который выдавался только в руки.

    Существующие нормы увеличивались во время военных действий. А при одиночных поездках солдатам выдавались отпускные кормовые деньги по существующим нормам и в зависимости от срока следования.

   До 1908 г. в норму довольствия нижних чинов входила винная порция (водка), полагавшаяся на время учений, лагерных сборов и в военное время. Норма выдачи составляла 3 чарки в неделю, но по желанию могла быть заменена легким виноградным вином, пивом, чайным довольствием или усиленным питанием. В 1908 г. выдача винной порции в мирное время была отменена, а спиртные напитки были изъяты из продажи в солдатских буфетах и лавках.

    Нормы снабжения продуктами в военное время членов семей солдат и унтер-офицеров, призванных по мобилизации, ратников ополчения на одного члена семьи на месяц:

  - Мука ржаная или пшеничная - 28 кг.

  - Крупа разная - 4 кг.

  - Соль - 1,6 кг.

  - Масло растительное - 409,6 г.

  

Униформа и экипировка.

   Опыт Русско-Японской войны показал необходимость изменения и военного обмундирования. Начавшаяся в 1906 г., она продолжалась практически до начала Великой Войны. В 1907 г. был утвержден новый тип летней походной формы: для офицеров - китель однобортный, так называемого американского покроя, застегивающийся на пять пуговиц, с накладными боковыми и нагрудными карманами, защитного цвета и такого же цвета шаровары и фуражка. В 1909 г. суконное защитное обмундирование было установлено и для нижних чинов, при этом вместо кителя они носили суконную рубаху (косоворотку). В том же году ввели правила ношения формы одежды, регламентирующие ее использование в конкретных условиях службы. По правилам военная форма одежды делилась на форму военного и форму мирного времени.

    Форма военного времени была унифицирована для всех родов войск, включая фуражку с кокардой и подбородным ремешком, мундир походный (летом - китель или гимнастерка), шаровары укороченные, сапоги с высокими голенищами (у гусар - ботики), походное снаряжение. Погоны, кокарда, пуговицы, как и само обмундирование, были защитного цвета, за исключением шаровар в кавалерии, имевших серо-синий цвет. На форме военного времени ордена, знаки и лента носились только в тыловых районах. Данную форму носили все военнослужащие, находящиеся в районе боевых действий или в частях, мобилизованных для отправки на фронт. В комплект офицерского походного снаряжения входили шашка на плечевой (в пехоте) или поясной (в кавалерии) походной портупее коричневого цвета, револьвер или пистолет в кожаной коричневой кобуре с походным кожаным коричневого цвета шнуром, бинокль в походной сумке на плечевом ремне и офицерская сумка-планшет. Снаряжение нижних чинов включало вещевой мешок образца 1910 г., водоносную флягу образца 1911 г., поясные образца 1900 г. и нагрудные патронташи образца 1912 г., ружейный ремень образца 1909 г. и бронзовый котелок образца 1910 г. и поясной коричневой кожи ремень.

    Форма мирного времени была более разнообразна. Для генералов и офицеров были установлены четыре формы одежды: парадная, обыкновенная, служебная и повседневная. В гвардии дополнительно имелись бальная парадная форма, а в роте дворцовых гренадер и кирасирских полках, несущих службу во дворце, дополнительно и придворная форма. Для нижних чинов - парадная и повседневная формы были одинаковы.

   В целях экономии средств в 1909 г. приказом по военному ведомству в армейской пехоте и артиллерии (кроме конной, казачьей и конно-горной), инженерных и железнодорожных войсках, а так же в частях вспомогательного назначения проведена унификация парадной и походной формы одежды. При парадной форме на походный мундир или китель защитного цвета настегивался цветной суконный лацкан, цветной воротник и, кому положено, обшлага.

    В армейской кавалерии и гвардии форма одежды была более разнообразна. В армейской кавалерии форма одежды соответствовала наименованию полка и отражала исторические особенности данного вида кавалерии. В гвардии парадная форма одежды была с 1910 г. частично стилизована под униформу 1812 г.

  

Боевая подготовка.

    Боевая подготовка проводилась по определенному плану, который предусматривал разделение учебного года на два периода: зимний и летний, разбитых на несколько этапов. Для обеспечения однообразия обучения разрабатывались единые программы и издавались специальные наставления.

   Обучение солдат, прибывавших на действительную службу, проходило в несколько этапов. На первом этапе, продолжавшемся четыре месяца, осваивалась программа молодого солдата. Привитие профессиональных навыков начиналось с одиночного обучения, которое включало строевую и физическую подготовку, овладение оружием (огневая подготовка, штыковой и рукопашный бой), выполнение обязанностей одиночного бойца в мирное время (несение внутренней и караульной службы) и в бою (служба в дозоре, полевом карауле, действия наблюдателя, связного и т.п.).

    В последующие годы солдаты повторяли то, что они изучали ранее. Приказы требовали «при обучении нижних чинов, будь то молодые, старослужащие, учебной и других команд, придерживаться системы показа и бесед». Главной задачей было «воспитание солдата в преданности Царю и своему долгу, выработка в нем строгой дисциплины, обучение действию оружием и развитие физических сил, способствующих перенесению всех тягот службы». Занятия молодых солдат проходили отдельно от старослужащих. Проводил их ротный командир, иногда один из младших офицеров.

    К сожалению, до Русско-японской войны 1904-1905 гг. в руководящих документах по обучению солдат обязанности младших офицеров не были определены, поэтому они командовали взводами и полуротами лишь на строевых занятиях, а по отношению к новобранцам делали «только то, что прикажут». Только в период военных реформ 1905-1912 гг. резко возросла ответственность младших офицеров, и они были непосредственно включены в процесс обучения и воспитания своих подчиненных. Теперь младшие офицеры в подразделениях непосредственно занимались обучением рядовых и унтер-офицеров.

    На период зимних занятий ротный командир выбирал «учителей молодых солдат» из числа унтер-офицеров или старослужащих из расчета один на 6-10 новобранцев. «Дядьки» должны были обладать многими качествами, среди которых: «спокойствие, беспристрастие, добросердечность, бескорыстность, наблюдательность». «Учителям молодых солдат» предстояло научить новобранца беречь свое здоровье, отучить от дурных привычек, следить за тем, чтобы солдат получал все виды довольствия и т.д. Некоторые ротные командиры считали необходимым подбирать для каждого новобранца двух учителей: один преподавал бы только уставы и занимался с солдатом в часы занятий, а другой - следил бы за каждым шагом солдата в свободное от занятий время. При выборе «учителей молодых солдат» офицерам рекомендовалось, чтобы «один из них был «инородец», которому можно было бы поручить его земляков». Это, безусловно, значительно облегчало одиночную подготовку солдат нерусской национальности. Разделы курса обучения новобранцев «распределялись между учителями в зависимости от их способностей и нравственных данных». Впоследствии, в годы Великой войны в некоторых запасных частях формировались особые команды «учителей молодых солдат». Перед ними ставилась задача организовать занятия так, чтобы «солдаты могли быть поставлены в строй через шесть недель после начала их обучения, и никак не позднее как через два месяца».

    В ходе военных реформ 1905-1912 гг. принимались решительные меры, направленные на совершенствование физического воспитания в войсках. Для достижения физического развития военнослужащих учебные занятия (по гимнастике и фехтованию) и физические тренировки стали проводиться систематически. В зимний период обучения занятия проводились ежедневно в течение всей службы во всех родах войск, а в летнее время, «когда люди и без того имеют много физического труда», занимались ежедневно «лишь по возможности». Продолжительность ежедневных занятий была от получаса до часа. В зимний период обучения, независимо от занятий по одиночной подготовке солдата, считалось необходимым поддерживать боевую готовность целых частей, «для чего производить прогулки, проездки, учения и маневры и маневрирования с боевой стрельбой». Военнослужащие специальных войск, таким образом, получали практику и возможность «выработки практической сноровки и наилучших дел технической работы личного состава, обслуживающего полевые искровые станции, придаваемые к крупным войсковым соединениям». Очевидно, подобная система боевой подготовки в русской армии позволяла систематически обучать одиночного солдата только четыре месяца.

    Второй этап обучения включал совместные действия в составе отделения, взвода, роты и батальона. Боевая подготовка летом осуществлялась в два этапа.

    На первом проводились занятия по родам войск: в пехоте по-ротно – 6-8 недель, по-батальонно - 4 недели, занятия в составе полков - 2 недели. Руководство военного ведомства требовало, чтобы основное внимание при обучении уделялось сознательному усвоению военнослужащими приобретенных ими знаний, навыков и умений, выработке у них сообразительности, выносливости, стойкости и ловкости. Например, командующий войсками Туркестанского военного округа генерал от кавалерии А.В. Самсонов для укрепления здоровья, физического развития и ловкости, необходимых для боевых действий, требовал в летний период «как можно чаще организовывать в лагерях гимнастические игры с выдачей призов, хотя бы недорогих». Значительное место в системе обучения войск летом занимала огневая подготовка. Считалось, что пехота огнем своего ручного оружия должна сама подготовить атаку, поэтому из каждого солдата воспитывали хорошего стрелка. Обучение стрельбе производилось на разные дистанции и по разнообразным целям: одиночным и групповым, неподвижным, появляющимся и движущимся. Цели обозначались мишенями разных размеров и имитировали залегших бойцов, артиллерийские орудия, атакующую пехоту, конницу и др. Обучали одиночному, залповому и групповому огню, стрельбе на все дистанции до 1 400 шагов, а до 400 шагов учили поражать любую цель одним-двумя выстрелами. От офицеров требовали «при подготовительных к стрельбе упражнениях и самой стрельбе вести обучение таким образом, чтобы нижние чины были ознакомлены со всеми видами стрельбы и из-за укрытий».

    Второй этап летних занятий также включал «общие сборы всех трех родов оружия» и делился на четыре недели. В силу целого ряда причин в обучении войск совместным действиям принимали участие далеко не все воинские части. В зависимости от климатических условий командующие войсками военных округов сами определяли сроки перехода от зимних к летним занятиям, а также время отдыха войск.

    С 90-х гг. XIX в. в некоторых военных округах начали проводить зимние подвижные лагерные сборы частей различных родов войск. Учебный год заканчивался проведением так называемых больших маневров. Тактические учения и маневры приобрели особенно большое значение в боевой подготовке войск после русско-японской войны, в связи с выявленными недостатками в обучении новобранцев в резервных частях. Продолжительность батальонных маневров составляла 1-2 суток, полковых маневров – 4-10 суток. На теоретические занятия отводилось не более 10 % общего количества времени, предназначенного для маневров. Кроме общевойсковых, практиковались санитарные, крепостные, десантные (совместно с флотом) учения и маневры, на которых более детально отрабатывались специальные учебные задачи. В 1908 г. были проведены десантные маневры воинских частей Одесского военного округа и морских сил Черного моря с целью «принести пользу, как сухопутным войскам, так и флоту, показать его личному составу, как действовать при выполнении всеми боевыми силами Черноморского театра десантной операции». В 1912 г. там же были проведены большие маневры с последующей высадкой десанта в Одессе, Севастополе и Батуми. Подобные маневры вошли в практику обучения армии и проходили ежегодно.

   Командующие войсками военных округов учили части и соединения на маневрах «только требованиям решительного наступления». Проводились также маневры, в которых принимали участие войска одного или двух-трех военных округов. Из наиболее массовых следует упомянуть маневры 1897 г. под Белостоком, 1899 г. в Варшавском военном округе на р. Бзуре и 1902 г. под Курском, где участвовали войска четырех военных округов. В 1903 г. проводились крупные маневры в Петербургском, Варшавском, Виленском и Киевском военных округах. В 1912 г. прошли последние большие маневры в трех западных приграничных округах и Иркутском военном округе. В маневрах принимали участие 24,5 пехотные дивизии и 2 стрелковые бригады. Но в практике проведения маневров того времени было много серьезных изъянов.

   Были и другие причины, наносившие большой ущерб нормальному ходу боевой подготовки войск. На собрании офицеров Генерального штаба Варшавского военного округа докладчик капитан И. Лютинский отмечал, что «до последней войны на боевую подготовку нижних чинов обращалось вообще мало внимания, а на подготовку одиночного бойца и того меньше». В заключительной сводке комиссии, образованной при штабе 2-й армии, воевавшей в Маньчжурии, были вскрыты причины неудовлетворительной подготовки солдат, среди которых: «1) малая культурность контингента (громадный процент неграмотных); 2) неправильная постановка обучения солдата». Фактически непрерывная подготовка проводилась в течение курса обучения молодых солдат и первого лагерного сбора. Все остальное время было занято тяжелой караульной и внутренней службой и работами в полковом хозяйстве. Причем зачастую нагрузка была излишней. Например, командующий войсками Одесского военного округа генерал от кавалерии А.В. Каульбарс при личной проверке караулов в Николаеве убедился, что во многих случаях пехота гарнизона охраняла пустые здания различных ведомств. Кроме того, в отчете об осмотре войск в 1907 г. генерал-инспектор пехоты отмечал, что «нельзя ожидать надлежащей подготовки молодых солдат, если ротные командиры и офицеры будут опаздывать на занятия или под различными предлогами и вовсе на них не появляться...». Существенный вред делу обучения солдат наносило большое число неграмотных, призывавшихся в войска. «Наделенный от природы, а также историческим складом социально-экономического быта русской жизни богатейшими духовными и физическими силами, наш солдат, - отмечалось в военной литературе, - к глубочайшему несчастью на шей родины, обречен судьбою уступать другим в отношении умственного кругозора и образовательной подготовки». В 1913 г. около трети призванных на военную службу были неграмотными. Когда начались Великая война и всеобщая мобилизация, оказалось, что в России 60 % призывников были неграмотными, тогда как в Германии - 0,04 %, в Англии - 1 %, во Франции - 3,4 %, в САСШ - 3,8 %, в Италии - 30 %. Ограниченность финансовых возможностей военного ведомства не позволяла в рассматриваемый период разместить войска в казармах, что, несомненно, ухудшало боевую подготовку подразделений и частей. С 1887 г. сооружение казарменных помещений было возложено на «войсковые строительные комиссии», действовавшие на основе утвержденного 17 января того же года «Положения о постройке казарм распоряжением войскового начальства хозяйственным способом». Несмотря на огромные трудности, войсковые строительные комиссии частично решили проблему строительства казарм. В то же время это наносило ущерб боевой подготовке войск. Условия расквартирования оставляли желать лучшего. Зачастую было невозможно вести правильное обучение и воспитание войск при неудовлетворительном гигиеническом состоянии. В 1910 г. на постройку отвечающих всем требованиям казарм военному ведомству было выделено в Европейской России и на Кавказе 4 752 682 руб., в Финляндии - 1 241 686 руб., в сибирских округах - 9 114 920 руб. Однако финансирование казарменного строительства в военном ведомстве по остаточному принципу не позволило к началу Великой войны разместить все войска в благоустроенных военных городках, а личному составу заниматься на подготовленных учебных полях и полигонах.

   Еще более отрицательное влияние на ход боевой учебы войск оказывали так называемые вольные работы. «Мы всегда были бедные деньгами, а поэтому на громадную армию отпускали совершенно недостаточные средства, - писал военный министр генерал-лейтенант А.Ф. Редигер. - Поэтому армия и должна была сама себя обслуживать и даже, на вольных работах, сама зарабатывала себе средства на свое пропитание и мелкие нужды солдата». Вольные работы были введены в русской армии Петром I в 1723 г. Рядовым и унтер-офицерам было разрешено наниматься на работы в местах дислокации воинских частей, при этом «штаб-, обер-, унтер-офицерам к такой работе, если сами не пожелают, принуждения отнюдь не чинить». При продолжительных сроках службы вольные работы распространялись очень широко, так как при довольно простой системе обучения нижних чинов считалось, что ущерба боевой подготовке войск они не причинят. Как правило, командир части или подразделения, а иногда и фельдфебель заранее подыскивал какие-либо работы на частном или казенном предприятии или строительстве. В защиту вольных работ раздавались единичные голоса, доказывавшие, что работы эти позволяют поддерживать связь солдата с землей, с деревней, с производством и т.п. Активным противником вольных работ был главнокомандующий войсками гвардии и Петербургским военным округом великий князь Владимир Александрович, приказом которого вольные работы в округе в 1900 г. были «прекращены раз и навсегда». В 1906 г. в связи с сокращением сроков службы, улучшением материального положения войск, увеличением нижним чинам денежного содержания и усилением требовательности к боевой подготовке войск вольные работы были запрещены повсеместно.

   Огромный вред боевой подготовке наносила так называемая хозяйственность. Перевооружение армии, модернизация артиллерии в кон. XIX - нач. XX в. требовали больших расходов. Войска были вынуждены сами себя содержать. Приходилось строить помещения, одевать и довольствовать войска хозяйственным способом «без расходов от казны». Полковые хлебопекарни, сапожные мастерские, шорни, столярные и плотничьи артели стали отнимать «все силы войск и все внимание начальников». Вся служба, в частности ротных командиров, стала заключаться во всевозможных покупках, проверке разных отчетностей. «Драгоценное время, - писала газета, - тратится на ведение прошнурованных, пронумерованных и казенной печатью пропечатанных книг самого разнообразного характера». Все помыслы и устремления командиров были направлены на хозяйственную часть. Например, командир 36-го Сибирского стрелкового полка полковник Быков одновременно получил благодарность «за расположение полка, содержащегося отлично и в полном порядке» и замечание «за неудовлетворительную подготовку обучения полка». Отметим еще один момент, налагавший на армию определенный отпечаток, - усиление ее полицейских функций. Именно в кон. XIX – нач. XX в., в годы царствования Е.И.В. Николая II участие войск в подавлении народных восстаний приобрело массовый характер. Военные газеты писали: «Казармы опустели, войска живут по деревням, по фабрикам, по заводам, военные начальники сделались губернаторами». Командирование войск по городам для оказания помощи полиции, охраны железных дорог, государственных учреждений и т.п. мешали организации и проведению занятий по боевой подготовке. Инспектор кавалерии Великий Князь Николай Николаевич в отчете о деятельности инспекции за 1905 и 1906 гг. подчеркивал, что «во многих полках не имелось возможности в должной степени подготовить новобранцев... и вообще вести занятия правильно и систематически, как то исполнялось до командировок». Кроме того, много солдат находилось в служебных командировках. Из строевых рот назначались денщики не только для своего батальона, полка, но и для офицеров, генералов и военных чиновников различных высших штабов и управлений до военного округа включительно. В 1906 г. в армии состояло 40 тыс. денщиков. Даже после введения нового положения о денщиках оставалось около половины этого числа. Конечно, отрыв солдат от учебы понижал уровень боевой готовности.

    Вопрос профессионально-должностной подготовки офицерского состава русской армии вплоть до начала Великой войны оставался до конца нерешенным. Изданная в 1882 г. Инструкция для занятий с офицерами, представлявшая собой программу тактической подготовки командных кадров и просуществовавшая без изменения до 1904 г., уже не отвечала требованиям боевой практики. В офицерской среде бытовало мнение, что «теоретическая подготовка нисколько не помогает разбираться в обстановке военного времени, так как во время войны неизбежно выводятся из равновесия духовные стороны человека, благодаря чему многое из того, что хорошо известно в мирное время, упускается из виду с первым шагом в поле». Кроме того, офицеры русской армии не отличались хорошей физической подготовкой. Перед Военным министерством была поставлена задача ликвидировать эти недочеты. К началу войны кое-что в этом направлении было сделано. По указанию военного министра в комитете по образованию войск была создана «комиссия по выработке мер для обеспечения нашей армии офицерским и командным составом соответственно требованиям настоящей службы». Комиссия пришла к единодушному мнению о необходимости разработать новый законодательный акт, который бы регламентировал и направлял подготовку офицеров в войсках. К 1909 г. комитет по образованию войск подготовил проект нового наставления для офицерских занятий и передал его на рассмотрение в военное ведомство. После рассмотрения на Военном совете военный министр утвердил документ. По новому наставлению обучение офицеров частей состояло из трех главных разделов: «занятий военно-научных, упражнений в составе воинских частей и особых тактических занятий (сюда же относилась военная игра)». Командиры воинских частей на каждый учебный год планировали занятия с офицерами на зимний и летний периоды. Вся ответственность за организацию и проведение занятий возлагалась на командира части. Они проходили преимущественно в часы занятий с нижними чинами и продолжались не более 3 ч. в день. Зимой они проходили 1 раз в неделю, а в летний период только на частных сборах не более 1 раза в 2 недели. Военно-научная подготовка офицеров, расширение их военных знаний, знакомство с военной литературой, тактико-техническими характеристиками новой техники и вооружения организовывались в той или иной степени в каждой части. В соответствии с возможностями и наличием средств в каждую библиотеку полка выписывали военную литературу, а в офицерские собрания - журналы и газеты. В то же время нельзя не отметить, что библиотеки пополнялись литературой плохо. Военные беседы (сообщения или лекции) проводились, как правило, при штабах воинских частей и на них привлекались не только младшие офицеры, но и начальники всех степеней как в интересах развития дела, так и ради поддержания их авторитета. Темы для бесед выбирались «наиболее жизненные, ближе всего касающиеся вопросов обучения и воспитания подчиненных, тактической подготовки различных родов войск». Для проведения бесед привлекались офицеры Генерального штаба, военные инженеры и представители полевой и крепостной артиллерии. Особенно интересными были доклады офицеров, имевших боевой опыт. Военные беседы обязательно должны были заканчиваться обменом мнений по изложенной проблеме. Такая форма проведения занятий способствовала совершенствованию профессионально-должностной подготовки офицерских кадров. Следующим этапом подготовки офицеров были тактические занятия. Обычно они велись побатальонно под руководством командиров батальонов. На занятиях офицеры упражнялись «в решении задач по Строевому и Полевому уставам, в чтении карт и планов, в решении тактических задач на планах и в поле, производили различного рода разведки, составляли описание маневров и тактических учений и донесения». Большое значение придавали оценке местности в тактическом и инженерном отношении. Ведь «из оценки должно быть видно, почему именно решающий задачу остановился на данном решении, а не на другом». Кроме того, офицеры привлекались к участию в полевых поездках и военных играх. На занятия по возможности приглашались офицеры всех родов войск гарнизона. Опыт Русско-японской войны показал, что «сквозь всю войну, хотя и не резко, проглядывает отдельная мирно-учебная жизнь всех трех родов оружия, которая во время войны выражается в разрозненности действий каждого из них и непонимании друг друга. Там, где нужно бы ударить одним кулаком, каждый род оружия работает по отдельности». Офицеры, имевшие боевой опыт, считали, что совместные занятия офицеров всех родов войск дают возможность установить тесные взаимные контакты. Командиры бригад, отдельных воинских частей, начальники штабов дивизий ежегодно привлекались к военной игре тактического характера под руководством командиров армейских корпусов на срок от 3 до 7 дней. Собирались старшие офицеры в местах, указанных командиром корпуса, или при штабах дивизий под руководством начальников дивизий. К военной игре теперь стали привлекаться и начальники родов войск дивизий и корпусов. Они участвовали в ней под руководством командующих войсками военных округов или более старших начальников. До Первой мировой войны в штабе Киевского военного округа обычно два раза в течение каждого зимнего периода проводилась военная игра офицеров Генерального штаба, которые вызывались в штаб округа в две очереди. Руководителем был генерал-квартирмейстер. В ходе военной игры обозначались действия войск округа и прибывших частей других округов согласно разработанному на случай войны плану стратегического развертывания. Наряду с военной игрой часто проводились крепостные и военно-санитарные игры. Командование крепостей считало желательным, «чтобы офицеры крепостных саперных рот привлекались к участию в крепостной игре, где таковая производится совместно с прочими офицерами гарнизона крепостей». Принципиально новым содержанием наполнились полевые поездки офицеров, которые имели цель: «а) подготовить высших начальников к разрешению стратегических задач преимущественно на предполагаемом театре войны; б) утвердить в строевых начальниках способность к быстрой оценке тактического положения и свойств местности; в) доставлять генералам, офицерам и врачам практику в распоряжении войсками в поле, не отвлекая для того войска от занятий». Полевые поездки разделялись на дивизионные, крепостные, корпусные и окружные. Для совершенствования подготовки старших офицеров кавалерийских частей и специальных войск в дивизиях проводились специально-кавалерийские поездки. Полевые поездки, как правило, заканчивались проведением двухстороннего маневра. Корпусные, дивизионные и специально-кавалерийские полевые поездки проводились ежегодно, крепостные - в разное время года, а окружные - по мере возможности распоряжением командующего войсками с разрешения военного министра. При этом, организуя полевые поездки, командиры разных степеней учитывали региональные условия проведения занятий. Важным направлением в решении проблемы профессионально-должностной подготовки офицерских кадров были специальные занятия в войсках. Например, в 1908/09 учебном году в крепостных воздухоплавательных отделах в специальных занятиях принимали участие от 50 % офицеров в Ивангородской крепости, до 77 % в учебном воздухоплавательном парке, в крепостных воздухоплавательных ротах от 60 % офицеров в Варшавской крепости, до 62,5 % во Владивостоке, в полевых воздухоплавательных батальонах от 49,2 % офицеров в 1-м Восточно-Сибирском, до 82,2 % в 3-м Восточно-Сибирском. На специальных занятиях в воздухоплавательных частях офицеры поднимали и опускали воздушные шары и аэростаты, осуществляли свободные полеты, доставляли на воздушных шарах секретные пакеты, пролетали над городами, фотографировали железные дороги, крепости, проводили метеорологические наблюдения и др. В течение учебного года офицеры совершили 55 полетов, из них 5 ночных и 6 зимних. Офицеры рот искрового телеграфа на специальных занятиях разрабатывали вопросы укладки приборов станции на двуколке для пехоты, кавалерии и артиллерии, настраивали станции на определенную длину волны, усовершенствовали некоторые механизмы системы искрового телеграфа и др. Военный министр требовал от офицеров знакомиться с военным прогрессом в больших армиях, изучать на практике со своими частями все новые приемы применения военной техники.

    Тенденция к качественному улучшению профессионально-должностной подготовки в войсках, имевшая место в изучаемый период, была связана с проведением некоторых мероприятий Военного министерства. Накануне Великой войны главнокомандующий войсками Кавказского военного округа во всеподданнейшем докладе отмечал: «...могу засвидетельствовать повышение качественности и интенсивности работы офицерского состава, что, конечно, следует объяснить повышением служебных требований и улучшением материального положения офицеров». Кроме перечисленных занятий, офицеры совершенствовали свои знания, участвуя в качестве начальников различных степеней в комиссиях по контролю за занятиями в подразделениях и воинских частях. Наряду с подготовкой младшего офицерского состава военное ведомство впервые пыталось принимать меры к повышению военных знаний старших и высших офицеров. С целью обмена опытом по различного рода вопросам оперативного искусства и тактики ежегодно в штабах военных округов проводились лекции, сообщения, беседы. Для практического ознакомления с новейшими артиллерийскими системами начальники дивизий, командиры бригад, начальники штабов корпусов и дивизий командировались один раз в четыре года на три недели на армейские полигоны. Несмотря на предпринятые меры, общевойсковые командиры недостаточно эффективно использовали возможности артиллерии на учениях и маневрах. «Войсковые начальники забывают об артиллерии, - писал в военном журнале артиллерийский офицер, - когда им приходится руководить действиями отряда из всех родов оружия». Никаких других школ и курсов усовершенствования профессионально-должностной подготовки командиров полков, начальников дивизий и командиров корпусов не существовало. И даже в офицерской среде бытовало мнение, что «в нашей армии достаточно получить полк или высшую командную должность, чтобы совершенно обеспечить себя от каких бы то ни было дальнейших требований в теоретической подготовке по военным наукам. С того времени все сводится только к практике, и если кто не занимается добровольно, то он может даже совсем поглупеть, и тем легче, что это нашими уставами, кажется, не возбраняется». Как видим, профессионально-должностная подготовка старших офицеров от командира полка до командира корпуса оставалась весьма ограниченной. Только с 1913 г. в аттестации стали отмечаться результаты обучения на штаб-офицерских и кавалерийских курсах при корпусах и дивизиях. Курсы делились на 4 отделения - ротные, батальонные, полковые и бригадные. Кандидаты на получение соответствующих должностей перед выдвижением должны были проходить обучение на этих курсах. Впервые подобные курсы для кандидатов на должности ротных командиров были введены в 1907 г. в Московском и Киевском округах по предложению военного министра А.Ф.Редигера.

    Высший же командный состав встретил мировую войну, не имея достаточной практики управления войсками в боевых условиях, за исключением лиц, прошедших русско-японскую войну.

  

  

Боевой состав и организация.

     Регулярная армия.

   Пехота. Демобилизация и организационно-штатные мероприятия после русско-японской войны привели к значительным изменениям в составе и штатах пехоты. Первоначально сохранялось разнообразие штатного состава бригад, но состав полков уже к началу 1908 г. был унифицирован. В боевом составе армии насчитывалось 1 302 батальона, в том числе 168 резервных и 56 крепостных. Было признано, что содержание данного количества батальонов мирного времени при существующем бюджете невозможно и в 1909 -1910 г. пехота была резко сокращена - до 1 166 батальонов, из них 128 второочередных (впервые введенных), 146 резервных и 44 крепостных. В связи с изменением политического положения, окончанием перевооружения артиллерии, реорганизации и передислокации войск в 1912 г. это количество было увеличено - до 1172 батальонов, из которых 128 второочередных, 144 резервных и 28 крепостных общей численностью 772 247 человек.

   К началу 1914 г пехота насчитывала 325 полков - 164 пехотных (в т.ч. 64 второочередных), 12 гвардейских пехотных, 16 гренадерских, 4 гвардейских стрелковых, 120 стрелковых, 8 крепостных, 1 резервный и насчитывала 1 172 батальона. Все полки содержались по 4 штатам мирного времени - сокращенному (107 нижних чинов в роте), нормальному (120 нижних чинов), усиленному (168), полному (200 человек). По сокращенному штату содержались части второочередных и крепостных войск, по нормальному - части гвардии и часть сибирских стрелковых полков, по усиленному - части приграничных полков, по полному - часть войск на Дальнем Востоке и Одесском ВО.

   Пехотный (гренадерский, гвардейский) полк состоял из 4 пехотных батальонов, пулеметной роты, команды саперной и связи, команды конной разведки, нестроевой роты (обоза).

   Стрелковый (гвардейский стрелковый) полк включал 2-4 стрелковых батальона, пулеметную роту, команды саперную и связи, команду конной разведки, нестроевую роту.

    Крепостной пехотный полк состоял из 2-х батальонов.

   Батальон включал 4 роты, рота - 4 взвода. Численность личного состава военного времени – 4-5 офицеров и 238 нижних чинов, из них 222 строевых. Численность в мирное время зависела от дислокации и типа батальона.

    Крепостной и резервный пехотный батальоны включали в мирное время 4-5 рот.

    Пехотные и стрелковые полки сводились в бригады по 2-4 полка.

   Пехотная бригада включала 2 пехотных полка и входила в состав пехотной дивизии. Управление бригады состояло из командира бригады (генерал-майор), штаб-офицера Генерального штаба, 1 адъютанта (обер-офицер).

   Стрелковая бригада могла быть отдельной, либо входить в состав стрелковой дивизии. Стрелковая бригада стрелковой дивизии не отличалась по организационно-штатному составу от пехотной бригады пехотной дивизии. Отдельная стрелковая бригада включала 4 полка двухбатальонного состава и артиллерийский стрелковый полк. Управление отдельной стрелковой бригады состояло из командира бригады (генерал-майор), штаб-офицера Генерального штаба, 2-3 старших адъютантов (обер-офицеров).

   Резервная бригада включала 4 батальона, содержащихся в сокращенном составе и артиллерийский резервный дивизион. Из 35 резервных бригад в военное время разворачивались 35 резервных дивизий. Управление резервной бригады состояло из командира бригады (генерал-лейтенант/генерал-майор), штаб-офицера Генерального штаба, 1-2 старших адъютантов (обер-офицеров).

    Кавалерия. Успешные действия русских кавалерийских отрядов, действия японской кавалерии по поддержке пехоты стали причиной тщательного изучения организации и перспектив развития кавалерии. Решено было, что каждый корпус должен иметь свою войсковую кавалерию, предназначенную не только для ведения разведки, но и для развития успеха. Поэтому в 1908-1910 гг. была проведена крупная реорганизация кавалерии. Количество регулярных полков при этом не менялось. Одновременно всем полкам вернули их исторические наименования и особенности парадной формы.

   На 1 декабря 1914 г. кавалерия российской армии включала 67 полков регулярной кавалерии, в том числе 10 гвардейских, 18 армейских гусарских, 21 армейский драгунский, 17 армейских уланских и 1 конный, всего 394 эскадрона. Вместе с 3 гвардейскими казачьими и 16 казачьими полками они входили в состав регулярных кавалерийских дивизий по 2 бригады в каждой и отдельных бригад. Кроме того уже в мирное время имелись три бригады кавалерийского запаса. Всего в кавалерии насчитывалось 85 030 человек.

   Кавалерийский полк остался в прежней организации. Он включал 6 эскадронов, сведенных в 2 дивизиона для удобства управления.

   Кавалерийская бригада включала два кавалерийских полка. Из входящих в состав дивизии бригад первая обычно включала драгунский и уланский полки, а вторая - гусарский и казачий. Управление кавалерийской бригады было аналогично управлению пехотной бригады.

    Пулеметные части. Пулеметная рота пехотного (стрелкового) полка включала 4 взвода по 2 пулемета в каждом, всего 8 пулеметов. Личный состав 1 командир роты (капитан), 4 субалтерн-офицера, 1 фельдфебель, 5 старших и 4 младших унтер-офицера, 8 ефрейторов, 41 строевой и 8 нестроевых нижних чинов - всего 72 человека. На вооружении - 8 пулеметов «Максим» образца 1910 г.

   Пулеметная команда кавалерийской дивизии отличалась от пулеметной роты только наличием вьючных пулеметов и большего количества строевых лошадей.

    Броневые войска.

    Автопулеметные части. В 1910 г., после дополнительных испытаний, на вооружение 1-й автомобильной роты были приняты 2 бронеавтомобиля: Шаррон-Накашидзе и Руссо-Балт тип «С». В 1912 г. бронеавтомобили были выделены из состава автомобильных рот в отдельные подразделения (автопулеметные взводы и роты). На начало 1914 г. в армии состояли 1-я и 2-я автопулеметные роты и три (8-10-й) автопулеметных взвода. Всего на вооружении армии был 41 бронеавтомобиль, из них 12 пушечных.

   Бронепоезда. Использование бронепоезда в заключительных сражениях русско-японской войны позволило накопить опыт и выдвинуть требования к проектированию серийных бронепоездов. К началу 1915 г. были построены и находились в эксплуатации 5 бронепоездов, приданных железнодорожным ротам. Имелись:

1) Бронепоезд № 3 «Святой Георгий Победоносец» при Собственном Е.И.В.

    железнодорожном полку,

  2) Бронепоезд № 1 «Хунхуз» - при 1-м Сибирском железнодорожном батальоне,

  3) Бронепоезд № 2 «Забайкалец» - при 2-м Сибирском железнодорожном батальоне,

  4) Бронепоезд № 4 «Витязь» - при 1-м железнодорожном батальоне,

  5) Бронепоезд № 5 «Генерал Скобелев» - при 1-м Туркестанском железнодорожном

      батальоне.

   Каждый бронепоезд рассматривался как отдельное боевое подразделение и имел в своем составе боевую часть из 2-3-х броневагонов и бронепаровоза с экипажем, и тыловую часть - несколько грузовых и пассажирских вагонов и два обычных паровоза. Вне боя все передвижения бронепоездов осуществлялись с помощью обычных паровозов с целью сбережения ресурса бронепаровоза, а экипаж перевозился в пассажирских вагонах.

    Артиллерия.

    Полевая артиллерия.

    Пешая артиллерия. После окончания русско-японской войны продолжалось перевооружение полевой пешей артиллерии на скорострельные полевые орудия. В дополнение к легким батареям в состав полевой артиллерии после войны были включены мортирные батареи. С 1910 г. двухбатарейные мортирные дивизионы включались в состав армейских корпусов. После производства достаточного числа орудий, с 1912 г. эти дивизионы стали переводиться в артиллерийские бригады дивизий.

    Личный состав батареи в военное время 4 офицера и 215 нижних чинов, 175 лошадей. В мирное время в батарее должно было быть 4 офицера и 155 нижних чинов.

   К 01.01.1914 г. было 3 гвардейские, 4 гренадерские, 45 легких и 14 стрелковых артиллерийских бригад.   

   В артиллерийских бригадах второй очереди в мирное время имелось штатное количество орудий, но запряжкой и личным составом были обеспечены лишь 2/3 орудий

   Резервные артиллерийские дивизионы, разворачиваемые в военное время в артиллерийские бригады резервных дивизий, имели, как правило, по 48 пушек.  

     Тяжелая полевая артиллерия начала создаваться в 1910 г. С этого времени в корпуса включались тяжелые артиллерийские дивизионы. В тяжелом артиллерийском дивизионе было 3 батареи - 1 тяжелая пушечная, 2 тяжелые гаубичные.

     В каждой тяжелой батарее по 4 орудия, 4 офицера, 270 рядовых и 219 лошадей.

   Полевая конная артиллерия. Всего к 1914 г. насчитывалось 4 гвардейских и 22 армейских конно-артиллерийских батареи по 6 орудий и 3 конно-мортирных дивизиона из 2 батарей по 6 гаубиц. Имелись и казачьи батареи, также вооруженные конными пушками, часть из которых была сведена в казачьи артиллерийские дивизионы. Кроме того, имелось 5 конно-горных батарей, вооруженных горными пушками и горный конно-мортирный дивизион.

     Горная артиллерия. Горная артиллерия входила в Кавказские пехотные и гренадерскую дивизии, в некоторые пехотные, стрелковые дивизии и бригады. Батарея горной артиллерии включала 3 взвода по 2 орудия - всего 6 орудий (пушки или гаубицы).

    Тяжелая (осадная) артиллерия. Осадная артиллерия к 01.01.1909 г. включала 5 полков осадной артиллерии - 2 в Европе (Киев и Двинск), 1 на Кавказе (Александрополь) и 2 на Дальнем Востоке (Чита и Хабаровск).

    Всего предложено было ограничиться, исходя из финансовых возможностей, не более чем 620 орудиями - по 200 в европейских, 120 в кавказском и 100 в дальневосточных полках. В 1912 г. было решено несколько изменить соотношение орудий. Планировалось иметь 300 орудий в Европе, 120 на Кавказе и 180 на Дальнем Востоке. К 01.01.1914 г. в 5 полках осадной артиллерии имелось 462 орудия. Боевой состав этих полков весьма разнообразен. В военное время каждый такой полк разворачивался в осадный парк из нескольких бригад по 24-36 орудий в каждой.

   Минометы. К 01.12.1914 г. было произведено 112 «мортир ближнего боя» калибра 152 мм. Они были отправлены в крепости Кушка, Гродно, Ковно, Брест-Литовск, Карс, Александрополь.

   Зенитная артиллерия. К началу 1914 г. в войсках было сформировано 4 батареи 57 мм. зенитных пушек. Все батареи находились в Санкт-Петербургском округе и использовались для исследования способов огня по воздушным целям. Батарея противовоздушной артиллерии имела 2 взвода по 2 орудия и взвод управления огнем.

    Инженерные войска и службы.

    Инженерные войска предназначались для обеспечения боевых действий основных родов войск: строительства полевых укреплений, установки заграждений, в том числе минных, строительства мостов и переправ, а также уничтожения созданных противников препятствий, обеспечения связи между различными частями войск. К инженерным войскам относилась до 1914 г. и авиация.

    Саперные войска. В 1914 г. в каждом армейском корпусе имелся саперный батальон. Всего было 36 саперных батальонов, из них один отдельный.

   Саперный батальон включал 3 (в кавалерийских корпусах 2, в гвардии 4) саперные роты, телеграфную роту, прожекторную (электроосветительную) команду и полевой инженерный парк (передвижной запас инженерного имущества). Саперная рота (4 взвода) по численности личного состава соответствовала обычной пехотной роте, как в мирное, так и в военное время. Всего в саперной роте 238 человек, из них 3 офицера, 20 унтер-офицеров и 215 солдат. В батальоне же в мирное время имелось до 26 офицеров и до 513 нижних чинов (1 181 нижний чин в военное время).

   Конно-саперный отряд придавался кавалерийской дивизии. Личный состав его примерно соответствовал по численности саперной роте из 2 взводов.

   Минные роты. Имелись в составе крепостных войск. Всего было 18 рот, предназначенных для ведения минной войны - закладки фугасов, прокладки минных и контрминных галерей. Численность и состав - соответствует обычной саперной роте.

    Понтонные парки. Понтонные части в мирное время были приписаны к некоторым корпусам, а в военное время передавались корпусам и армиям по мере необходимости. В 1914 г. имелось 9 батальонов (по 2 роты) и 1 отдельная понтонная рота.

    Войска связи. Войска связи включали телеграфные и телефонные части, а также части искровой связи (радиосвязи). Телеграфная рота саперного батальона состояла из 3-4 отделений (2 шестовых и 1-2 кабельных), которые в свою очередь делились на 2 строевых взвода и 1 мастеровой. Всего по штатам военного времени в роте с 1 кабельным отделением насчитывалось 7 офицеров и 224 нижних чина. По штатам корпусу полагалось иметь 20 телеграфных, более 190 телефонных аппаратов, 130 двуколок. По обеспечению штатными средствами связи русский корпус превосходил корпуса всех остальных воевавших государств. Распределялись эти средства следующим образом:

  1. Штаб корпуса - 5 телефонных аппаратов, центральную станцию (коммутатор), около

      15 км. кабеля.

  2. Штаб пехотной дивизии (в дивизионной команде связи) - 9 телефонных аппаратов,

      центральную станцию (коммутатор), около 12 км. кабеля.

  3. Пехотный полк (в полковой команде связи) - 9 телефонных аппаратов, центральную

      станцию (коммутатор), около 10 км. кабеля.

  4. Саперная рота - 4 телефонных аппаратов, центральную станцию (коммутатор), около

      10 км. кабеля (могли использоваться для обеспечения связи частей дивизии, если рота

      придавалась дивизии).

  5. Телеграфная рота - 16 телеграфных, 72 телефонных аппарата и около 150 км.

      телеграфного и телефонного кабеля (эти средства использовались, в основном для

      обеспечения связи корпуса с соседями и вышестоящими штабами).

   В кавалерийских (казачьих) дивизиях на оснащении команд связи состояло 2 облегченных телеграфных аппарата, 9 телефонных аппаратов, и около 30 км. кабеля. В кавалерийских полках имелись 2 облегченных телеграфных аппарата, 6 телефонных аппаратов. Облегченные телеграфные аппараты предполагалось использовать для подключения к стационарным телеграфным линиям связи, в том числе и на вражеской территории, для передачи срочных донесений при ведении разведки и проведения рейдов. Однако во время войны выявилось, что облегченные аппараты перегорают при подключении к стационарным линиям связи.

   Кроме телефонов и телеграфов, к 1914 г. в армии стала широко использоваться и радиосвязь. К 01.12.1914 г. имелось 8 отдельных искровых рот, которые в мирное время были приписаны к некоторым корпусам, а в военное время переходили в распоряжение штабов армий и фронтов.

   Рота искрового телеграфа состояла из 2 отделений по 4 радиостанции в каждой, учебной команды и мастерской. Радиостанции монтировались на конных двуколках или автомобилях (в каждой роте имелось не менее одной радиостанции на автомобилях). Радиостанциями, прежде всего, планировалось обеспечивать штабы фронтов, армий и корпусов, кавалерийских дивизий, а в дальнейшем - и штабы пехотных дивизий. Начиная с 1912 г. проводились опыты и по оснащению радиостанциями дирижаблей. Было закуплено 7 легких радиостанций для данных целей, а кроме того имелось 140 полевых (из них 20 автомобильных), 30 легких кавалерийских (16 - на автомобилях) и 25 стационарных крепостных радиостанций.

   Огнеметные части. До войны не было создано отдельных огнеметных частей. 6 огнеметов были переданы в крепостные саперные роты, 12 - в саперный батальон 7 армейского корпуса. Считалось, что огнеметы могут использоваться саперами при осаде и обороне крепостей.

    Железнодорожные части. В мирное время имелись следующие части: Собственный Его Императорского Величества железнодорожный полк из двух батальонов, 1-я (1-й, 2-й, 3-й батальоны), 2-я (4-й и 5-й батальоны), Туркестанская (1-й и 3-й Туркестанские батальоны) бригады, 1-й и 2-й Сибирские, 2-й Туркестанский, 1-й и 2-й Кавказские батальоны, Кушкинская железнодорожная рота. Батальоны были, как правило, пятиротного состава. В 11 железнодорожных парках хранилось более 1 850 км. железнодорожных путей, 249 паровозов, более 12 тыс. платформ и вагонеток. По расчетам на каждый корпус должно было приходиться не менее 190 км. путей (из них около 30 км. для паровой тяги). При Собственном Е.И.В. железнодорожном полку, 1-м, 1-м и 2-м Сибирских и 1-м Туркестанском железнодорожных батальонах имелись блиндированные поезда (бронепоезда) - всего 5.

    Автотранспортные части. В 1909 г. формируется Первая Учебная Автомобильная рота. Автомобильные части начали формироваться в 1910 г., первоначально в качестве пятых рот при 1,2,3,4,5-м железнодорожных батальонах. В июле 1911 г. было произведено первое испытание грузовиков, принимаемых на вооружение русской армии. Осознав широкие возможности автотранспорта, командование в 1912 г. предложило увеличить число автомобильных рот до 44 (37 корпусных и 7 армейских). Подготовку личного состава проводили в существовавших ротах и Санкт-Петербургской Учебной автомобильной роте. В 1912 г. при Учебной автомобильной роте был организован офицерский курс, преобразованный в ходе войны в офицерскую автошколу с отделением для рядовых. К началу войны, однако, развертывание автомобильных войск не было закончено. Имелось всего 10 рот (в Гвардейском, Гренадерском, 1 и 2-м кавалерийских, в двух Туркестанских корпусах, 1-м и 6-м Сибирском корпусе, 1-м и 14-м армейских корпусах), 6 отдельных команд для обслуживания автотранспортом штабов и учреждений Военного ведомства и учебная рота. Всего к началу войны имелось 1 290 грузовых, 67 легковых автомобилей и 60 специальных. В 1911 г., после дополнительных испытаний, на вооружение 1-й автомобильной роты поступили 2 пулеметных бронеавтомобиля «Руссо-Балт» тип «С». В 1912 г. броневые автомобили были выделены из состава автомобильных рот в отдельные подразделения (автопулеметные взводы и роты).

   Автомобильная рота включала 3-4 автомобильных взвода и мастерскую. В ней имелось 44-82 грузовых и 4 легковых автомобиля, а также 6 специальных автомобилей. По штату военного времени в ней должно было быть 11 офицеров, 4 чиновника и 206 нижних чинов.

    Тыловые войска и службы.

    Обозные войска. В каждом корпусе в 1910-1911 гг. был создан обозный батальон, итого 37 батальонов к 1915 г. В военное время обозный батальон объединял части подвоза и снабжения. Всего к 1914 г. имелось 44 батальона, часть из которых предназначалась для создания в военное время армейских и фронтовых частей снабжения.

   Медицинская служба. Медицинская служба комплектовалась военными врачами. В полках, крепостях и бригадах имелись лазареты, в военное время развертывалась сеть полковых, дивизионных, корпусных и тыловых госпиталей.

    Ветеринарная служба. Как и все армии того времени, русская использовала большое количество лошадей для транспортировки грузов, орудий, а также в качестве верховых. Поэтому к ветеринарной службе предъявлялись высокие требования. Ветеринарные отделения были при каждой пехотной и кавалерийской дивизии, в корпусах и военных округах.

    Артиллерийские парки. Для снабжения боеприпасами в период войны создавались артиллерийские парки, которые делились «летучие», подвижные и местные. Летучие парки имелись в каждой артиллерийской бригаде или стрелковом артдивизионе. В военное время на базе таких парков развертывались парковые артиллерийские бригады по 3-4 парка в каждой. Части конной артиллерии в мирное время парков не имели, их летучие парки имелись только в кавалерийских корпусах, а остальные части кавалерии снабжались из парков своего корпуса. Летучие парки предназначались для обеспечения частей всеми видами боеприпасов, в том числе и стрелковыми. Подвижные парки (по 2 на корпус) предназначались для пополнения запасов летучих парков. И наконец, местные парки - для пополнения запасов подвижных парков. К началу 1914 г. начальником ГАУ генералом Маниковским было проверено состояние всех видов парков, создана система учета расхода снарядов.

    По принятым нормам снабжения на каждое легкое орудие (полевую или конную пушку, горную пушку, гаубицу) полагалось иметь запас в 1 000 снарядов, из них 572 в местных парках, остальные - в зарядных ящиках батарей и летучих парках. Принятое решение о повышении количества снарядов на орудие до 1 500 шт. было выполнено только в отношении легких полевых гаубиц. Тяжелые орудия имели разный запас снарядов, от 1000 снарядов для 6 дм. орудий, до 600 снарядов на 8 дм. системы и 400 снарядов на 11 дм. орудия. Увеличения запасов тяжелых снарядов не предусматривалось.

     Крепостные войска.

     Первые четыре года по окончании русско-японской войны (1905-1909 гг.) не ознаменовались в русском крепостном строительстве никакими существенными новшествами: теоретические обсуждения различных крепостных вопросов и упомянутые выше опыты не дали за этот срок вполне твердых данных, которые могли бы сразу проводиться в жизнь, и потому в русских крепостях за этот промежуток времени производились лишь текущие работы по окончанию уже начатых сооружений или некоторые наметившиеся усовершенствования в деталях уже возведенных ранее построек.

   Зато в различных комиссиях усиленно обсуждался вопрос о реорганизации всех крепостей вообще и в частности о проектировании новых. Так как Порт-Артур был крепостью по существу приморской, то первое внимание правительства привлекли приморские крепости. Все существовавшие в России до русско-японской войны приморские крепости обладали чрезвычайно крупными недостатками, главнейшим из которых был разношерстность и устарелость артиллерийского вооружения; другим недостатком было то, что управление приморскими крепостями всецело находилось в руках сухопутного ведомства; морское же ведомство имело к этим крепостям лишь косвенное отношение. Морское ведомство настаивало на передаче ведения приморскими крепостями в его руки, но военное министерство цепко держалось за эти крепости и не желало их передавать в другие руки. Многолетние обсуждения закончились созданием в прибрежных крепостях должности морского коменданта, которому подчинялся приморский фронт крепости. Согласно инструкции 1910 г. при морской атаке главным в крепости назначался морской комендант, при сухопутной - комендант.

   Одновременно с приморскими крепостями подверглись обсуждению и крепости сухопутные, нуждавшиеся в больших совершенствованиях. Но кроме совершенствования некоторых старых крепостей в 1907 г. возник вопрос и о создании новой крепости в Гродно, стратегическое значение которой вытекало из ее флангового положения относительно направления немцев на Брест-Литовск. Усиленно принялись за крепостное дело с 1909 г. В этом году был составлен новый план дислокации войск, а в связи с ним и план стратегического развертывания армий в случае войны. С этими планами неразрывно был связан вопрос и о крепостях. Предположено было упразднить Варшавский укрепленный район в лице образовавших его крепостей Варшавы и Зегржа, оставив лишь третью крепость Новогеоргиевск, которую реорганизовать в обширную современную крепость, способную держаться в изолированном состоянии в начальный период войны до выручки армиями, закончившими свое сосредоточение и развертывание по линии усовершенствованной крепости Ковно, вновь построенной крепости Гродно и усовершенствованного Брест-Литовска. Ивангород был предположен к упразднению, а малую крепость Осовец решено было несколько развить и усовершенствовать. Тогда же были утверждены 3 проекта фортов, учитывавших новейший опыт крепостной войны и приспособленных для постепенного строительства. Но финансирование крепостного строительства шло по остаточному принципу. Поэтому к работам по возведению новой крепости Гродно и по расширению Новогеоргиевска, Брест-Литовска и Ковно приступили главным образом летом 1913 г. Ковно, например, оказалась в совершенно незаконченном виде, Гродно тоже была не закончена. Брест-Литовск в несколько лучшем виде, но и в нем далеко еще не были окончены все работы, предусмотренные проектом. В более законченном виде были Новогеоргиевск и Осовец.

    Крепостные пехотные части претерпели максимальные изменения в рассматриваемый период и включали к началу 1912 г. 2 крепостные пехотные бригады (по 2 полка), 4 крепостных пехотных полка и 11 отдельных батальонов - всего 28 батальонов пятиротного состава. В военное время все батальоны разворачивались в полки из 4-5 батальонов. Количество и состав крепостной пехоты зависел от класса и стратегического значения крепости или укрепленного пункта.

   Крепостная артиллерия включала 3 бригады, 8 полков и 60 батальонов, а всего 253 роты. На вооружении крепостной артиллерии было 7 073 орудия. Количество и состав артиллерийского вооружения определялось классом и стратегическим значением крепости. По штатам военного времени в роте насчитывалось 6 офицеров и 328 нижних чинов.

    Крепостные инженерные части содержались для выполнения фортификационных или других работ, обеспечения связи и воздушной разведки. Основной войсковой частью инженерных войск были роты - саперные, минные, воздухоплавательные и связи.

     Резервные войска.

     Предназначенные в мирное время для обучения личного состава, находящегося в запасе и подготовки к развертыванию войск по штатам военного времени, резервные войска на 01.12.1914 г. насчитывали 36 резервных бригад четырехбатальонного состава, 1 отдельный резервный полк, 1 отдельный резервный артиллерийский дивизион, 7 отдельных резервных саперных батальонов.

   В военное время каждая бригада разворачивалась во второочередную дивизию, а командир бригады становился начальником дивизии. При этом каждая рота развертывалась в батальон, а батальон - в полк. Пятые роты формировали запасные батальоны.

    В 1910 г., после реорганизации артиллерии, резервные артиллерийские бригады были расформированы и отдельные резервные артиллерийские дивизионы были переданы в подчинение командирам резервных бригад. Каждый артиллерийский дивизион в военное время разворачивался во второочередную артиллерийскую бригаду.

   Резервные саперные батальоны предназначались для переподготовки запасных всех инженерных специальностей и в военное время развертывали саперные, понтонные и части связи.

    Запасные войска.

    Для подготовки в военное время призывного контингента из числа запасных, новобранцев и ратников государственного ополчения, а также для отправки их в действующие части в составе маршевых частей, создавались запасные части - запасные батальоны в пехоте и инженерных войсках, запасные батареи в артиллерии. В кавалерии и конной артиллерии запасные части имелись уже в мирное время, что объяснялось особенностью подготовки личного состава и коней для службы в строю. Формирование запасных частей начиналось с началом мобилизации.

    В военное время формировались 480 запасных батальонов, 67 эскадронов, 55 сотен, 50 артиллерийских запасных батарей, 14 саперных батальонов, 2 запасных воздухоплавательных батальона. В этих частях и подразделениях проводилась подготовка пополнения для восполнения потерь в действующих войсках. Пополнение в войска отправлялись маршевыми подразделениями.

    Высшие соединения и объединения.

    Военные округа. Количество и границы военных округов после русско-японской войны не менялись. Имелись 12 военных округов и 2 военные области: Петербургский, Виленский, Варшавский, Киевский, Одесский, Московский, Казанский, Кавказский, Туркестанский, Омский, Иркутский, Приамурский военные округа и области: Квантунская военная область, Область Войска Донского.

  Командующие военными округами на 1914 г.:

  Петербургский: ген-адъют., ген от инфантерии Е.И.В. ВК Константин Константинович

  Виленский: ген. от кавалерии Жилинский Я. Г.

  Варшавский: ген-адъют., ген. от артиллерии Иванов Н. И.

  Киевский: ген-адъют., ген. от инфантерии Рузский Н.В.

  Одесский: ген. от кавалерии Брусилов А.А.

  Московский: ген. от кавалерии Плеве П.А.

  Казанский: ген. от артиллерии Никитин В. Н.

  Кавказский: ген-адъют., ген от кавалерии Е.И.В. ВК Николай Николаевич

  Туркестанский: ген. от кавалерии Самсонов А.В.

  Омский: ген. от кавалерии Шмидт Е. О.

  Иркутский: ген. от инфантерии Эверт А.Е.

  Приамурский: ген-адъют., ген. от инфантерии Лечицкий П. А.

  Область Войска Донского: ген. от кавалерии Покотило В. И.

  Квантунская воен. область: ген.-лейтенант Долгов Д. А.

      Всего в РИА к началу 1914 г. было 3 гвардейские пехотные дивизии, 4 гренадерские дивизии, 25 пехотных дивизий, 14 Сибирских стрелковых дивизий - 46 дивизий первой очереди, 16 пехотных дивизий 2 очереди, 1 гвардейская стрелковая, 5 армейских стрелковых бригад, 2 Финляндские, 2 Кавказские, 7 Туркестанских стрелковых бригад - 17 стрелковых бригад, 1 пластунская (пешая казачья) бригада, 35 резервных пехотных бригад, 1 резервный полк, 2 гвардейские кавалерийские, 15 армейских кавалерийских и 5 казачьих дивизий, всего 22 кавалерийских и казачьих дивизии и 6 отдельных кавалерийских и 5 казачьих бригад, 2 конные бригады, 5 осадных артиллерийских полков, 2 крепостные пехотные бригады, 4 крепостных пехотных полка. Личный состав армии мирного времени в 1914 г. составлял 1 259 411 человек.

   Фронт. Опыт боевых действий 1904-1905 гг. подтвердил необходимость промежуточной инстанции управления между ставкой главнокомандования и армиями, создание которой предусматривалось в русской армии еще до войны. Объединяя несколько армий и, как правило, 1-2 кавалерийских корпуса, фронт предназначался для действия на отдельном стратегическом направлении. Возглавлял фронт Главнокомандующий фронтом со своим штабом. Фронтовое управление включало штаб и аппарат главного начальника снабжения армий фронта. Имелось также управление главного священника армий фронта. Лично при Главнокомандующем фронтом состояли генерал-майор и полковник для поручений, а также 2 адъютанта (обер-офицеры), а при начальнике штаба - адъютант (обер-офицер).

     Штаб фронта состоял из двух управлений-

  1. Генерал-квартирмейстера: оперативное, разведывательное и военно-цензорское отделения,

  2.  Дежурного генерала: инспекторское и общее отделения. Кроме того в его ведении находились военно-судебная часть, комендант главной квартиры и типография.

   Главному начальнику снабжения армий фронта подчинялись: начальник военных сообщений, начальник артиллерийского снабжения, интендант, начальник санитарной части, начальник ветеринарной части, главный казначей, главный полевой контролер со своими службами, а также главный уполномоченный общества красного креста.

     Армия. Боевой состав армий зависел от их задач и мог составлять до 4-5 армейских корпусов, 3-4 кавалерийские дивизии, артиллерийские части. Положение о полевом управлении войск предусматривало возможность иметь на ТВД и отдельные армии, подчиняющиеся непосредственно Верховному Главнокомандующему.

      Во главе армии стоял Командующий армией со штабом.

     Корпуса и дивизии.

     Армейский корпус мирного времени включал несколько пехотных частей (2-3 пехотные дивизии и 1 стрелковую бригаду, 1-2 дивизии и 1-2 резервные бригады, 2 стрелковые дивизии, 2-3 стрелковые бригады), кавалерию (дивизию, бригаду, полк, дивизион), дивизион тяжелой полевой артиллерии или мортирный дивизион, саперный батальон, в большинстве корпусов - и корпусной авиационный отряд.

     Армейский корпус 1914 г. военного времени должен был включать 2-3 дивизии или 2 дивизии и стрелковую бригаду (в некоторых случаях - 4 отдельные стрелковые бригады), кавалерийскую бригаду или 2 казачьих полка, тяжелый артиллерийский или мортирный дивизион, авиационный отряд, саперный батальон, обозные и тыловые части.

    Пехотная дивизия к 1914 г. включала 2 пехотные бригады по 2 полка, артиллерийскую бригаду, саперную роту (только в военное время), 1-2 сотни из состава казачьего полка (только в военное время), тыловые части. Всего 21 000 человек, 32 пулемета, 36 пушек и 12 гаубиц. Пехотная дивизия второй очереди отличалась составом артиллерии. Артиллерийская бригада пехотной дивизии 2-й очереди, как правило, имела 48 пушек.       

    Стрелковая дивизия имела 2 стрелковые бригады по 2 полка, артиллерийскую бригаду, саперную роту (только в военное время), 2 сотни из состава казачьего полка (только в военное время), тыловые части. Всего до 22 000 человек, 32 пулемета, 36 легких и 12 горных пушек, 12 гаубиц.

   Отдельная стрелковая бригада включала 4 полка двухбатальонного состава и артиллерийский стрелковый дивизион, тыловые части. В бригаде до 10 000 человек, 24 орудия (18 пушек и 6 гаубиц).

   Кавалерийский корпус. На начало 1914 г. было два кавалерийских корпуса по 2 кавалерийских дивизии, конно-мортирному артиллерийскому дивизиону, саперному отряду и особому авиационному отряду в каждом.

    Кавалерийская дивизия военного времени состояла из 2 бригад по 2 кавалерийских полка в каждой, конноартиллерийского дивизиона из двух батарей, конно-саперного отряда, отряда связи, пулеметной команды. Всего 24 эскадрона и сотни, 8 пулеметов, 12 конных орудий, 4 950 человек.

      Иррегулярные войска.

      Казачьи войска. Казачьи войска - уникальный вид войск, исторически сложившийся в России. Казаки имели свое особенное организационное устройство и несли службу на особых условиях. Занимая определенную территорию, называемую областью, казаки образовывали так называемые казачьи войска: Донское (центр - г. Новочеркасск), Кубанское (г. Екатеринодар), Терское (г. Владикавказ), Астраханское (г. Астрахань), Уральское (г. Уральск), Оренбургское (г. Оренбург), Сибирское (г. Омск), Амурское (г. Благовещенск), Семиреченское (г. Верный), Забайкальское (г. Чита), Уссурийское (г. Владивосток) и Енисейское (до 1914 г. - казаки Иркутской и Енисейской губерний, г. Иркутск). Кроме того имеется Якутский городовой казачий полк (300 из общего числа 3 000 чел.), входивший в ОКВС и находящийся в ведении МВД. Казачьи войска подразделялись на округа или отделы, в пределах которых находились казачьи станицы и хутора. Во главе всех органов власти стояли атаманы. Станичные и хуторские атаманы выбирались казаками на сходах. На них же выбирались станичное правление и суд.

    Во главе каждого войска стоял войсковой наказной (назначенный) атаман, который руководил войском через состоящее при нем войсковое правление. За исключением войска Донского, наказными атаманами казачьих войск назначались: наместник на Кавказе - Кубанского и Терского; Туркестанский генерал-губернатор - Семиреченского; командующие соответствующими военными округами - находившимися на их территориях войсками. Атаманом всех казачьих войск по традиции считался Наследник-Цесаревич. Фактически общее управление казачьими войсками осуществлял Казачий отдел Главного штаба (мобилизацией и боевой подготовкой ведало Главное управление Генерального штаба). Общая численность казаков на 01.12.1914 г. составляла 4 443 тыс. чел. Казаки несли службу все без исключения и военнообязанным казак состоял до тех пор, пока ему позволяло здоровье. (Единственная часть казаков, к которой это не относилось - так называемые торговые казаки, занимавшиеся торговой или промышленной деятельностью. Они освобождались от действительной службы и были обязаны платить 150 руб. в год за все время службы их сверстников).

     В свою очередь, казаки имели ряд льгот, а при призыве на них распространялись все льготы закона о воинской повинности, но с некоторыми особенностями. Устав о воинской повинности для казаков был принят в 1875 г. для Донского казачьего войска, а позже распространен, с некоторыми отличиями, на все остальные войска.

   Служивый состав казаков подразделялся по срокам прохождения службы на три разряда: приготовительный, строевой и запасной. В приготовительный разряд молодой казак зачислялся с 20 лет на 1 год. В течение этого периода проходила предварительная подготовка к службе в строевой части, в том числе 4-х недельные сборы при станице. В это время казак должен был приготовить необходимое для службы снаряжение, обмундирование, холодное оружие и строевого коня. Огнестрельное оружие и пики выдавались за счет казны при прибытии в часть.

    Далее 12 лет казак числился в строевом разряде. Первые 4 года казак проходил действительную службу в первоочередной части, а далее - 4 года в льготной части второй и 4 года в льготной части третьей очереди.

     Льготные казаки в мирное время находились дома и занимались своим хозяйством, за исключением краткосрочных лагерных сборов. Для поддержания высокой мобилизационной готовности казаки, приписанные к частям второй очереди, обязаны были содержать в исправности свое снаряжение, обмундирование, холодное оружие и коня. После 12 лет в строевом разряде казак на 5 лет причислялся в запасной разряд и далее в ополчение. Особенность прохождения службы в Уральском войске - срок службы в 22 года, из которых 2 года в приготовительном (с 19 лет), 15 - в строевом и 5 - в запасном разряде.

    Комплектование казачьих полков проводилось по отделам так, чтобы в каждый полк поступали казаки из одних и тех же станиц и хуторов. Это способствовало тесной спайке личного состава полков, что совместно с установившимися традициями, способствовало высокой боеспособности частей. Организация и численность казачьего полка примерно соответствовала организации полка регулярной кавалерии.

    Подготовка офицерского состава для казачьих войск осуществлялась в основном в казачьих училищах. Кроме того, офицерами в казачьих частях могли быть и не казаки.

      Государственное ополчение.

     Государственное ополчение созывалось только во время войны и считалось одним из резервов пополнения действующих войск людьми. В нем состояло все мужское население страны, начиная с достигших призывного возраста и до 43 лет, подпадающие под действие указа о всеобщей воинской повинности и не состоявшие на воинской службе, в т. ч. в запасе. В соответствии с этим в него зачислялись: все молодые люди, достигшие призывного возраста, но не призванные на действительную военную службу по результатам жеребьевки или по льготам; все, отслужившие срок службы в запасе. Офицеры должны были состоять в ополчении до: обер-офицеры - 50 лет, штаб-офицеры - 55 лет, генералы - 60 лет.

    Лица, состоящие в ополчении, именовались ратниками и делились на 2 разряда: к первому относились как отслужившие на действительную службу и службу в запасе (от 39 до 43 лет) и физически годные, но не призванные на службу по жеребьевке или льготам 2 и 3 разряда. Второй разряд составляли все годные только к нестроевой службе или имеющие льготы по 1 разряду.

   В военное время из ратников 1 разряда формировались ополченческие дружины, которые сводились в полки и бригады. Кроме того ратники 1 разряда после подготовки в запасных батальонах направлялись в действующие части для восполнения потерь. Ратники второго разряда направлялись в тыловые части или на нестроевые должности в действующие части.

    Формирование ополчения происходило по уездам под контролем губернатора в течение 28 дней после соответствующего указа. На 1914 г. могло быть призвано не менее 3 110 000 человек 1 разряда.

     Милиционные части.

    К милиционным частям относились части и подразделения, выставляемые коренным населением Финляндии, Кавказа и Закаспийской области. Эти части, в основном, несли местную военно-полицейскую службу и содержались в различном составе за счет местных бюджетов, находясь в подчинении местных властей. Кроме того, часть таких формирований имела права казачьих частей и включалась в их состав. К ним относились: Дагестанский конный полк (6 сотен), Осетинский конный дивизион (2 сотни) и Текинский конный полк (6 сотен).

    Войска протекторатов.

     Готовясь к войне на Среднеазиатском ТВД, русское командование обратило особое внимание на армии протекторатов - Бухары и Хивы. Бухарской и хивинской армиям было разрешено увеличить численность, в них введены аналогичные русским штаты, поставлены современные стрелковое оружие, артиллерия. В качестве инструкторов были откомандированы офицеры мусульманского вероисповедования. Для обучения и переподготовки офицеров бухарской и хивинской армий были открыты вакансии в Тифлисском, Елисаветградском и Константиновском училищах.

     В результате в 1914 г. в армии Бухары числились 4 бригады (в военное время 6) по 6 батальонов, 2 конные бригады по 2 конных полка (6-тисотеного состава) и артиллерия в составе 1 Гвардейской конноартиллерийской батареи и 8 горных батарей, а также гвардия в составе 2 гвардейских конных эскадронов. Общая численность военного времени - 36 батальонов и 26 сотен, 36 орудий, до 70 000 человек.

   Хивинская армия насчитывала 4 конных полка (по 4 сотни), конноартиллерийскую батарею (6 орудий) и эскадрон гвардии хана - до 4 000 человек.

    Отдельный корпус пограничной стражи.

   Отдельный корпус пограничной стражи создан в 1893 г. для осуществления пропускного контроля на границах Империи и борьбы с контрабандой. В мирное время он подчинялся Министерству финансов, а военное время подразделения корпуса в пределах ТВД поступали в распоряжение военного командования. Комплектование частей корпуса проводилось на общих с частями Военного ведомства основаниях.

    Все пограничные районы делились на пограничные округа, в пределах которых были дислоцированы пограничные бригады. Каждая бригада, в зависимости от значимости охраняемого участка границы, подразделялись 2-5 отделов, а отдел на 4-5 отрядов. Отряды делились на кордоны в составе 15-20 человек во главе с унтер-офицером, осуществлявшие непосредственную охрану границы.

     В 1914 г имелось 8 пограничных округов:

  1. I-й, со штабом в Санкт-Петербурге: 3 пограничные бригады и особый пограничный

      отдел.

  2. II-й, со штабом в Вильно: 6 пограничных бригад.

  3. III-й, со штабом в Варшаве: 6 пограничных бригад.

  4. IV-й, со штабом в Киеве: 5 пограничных бригад.

  5. V-й, со штабом в Одессе: 4 пограничные бригады и особый пограничный отдел.

  6. VI-й, со штабом в Тифлисе: 5 пограничных бригад.

  7. VII-й, со штабом в Асхабаде: 2 пограничные бригады.

    Всего в 7 округах числились 31 бригада, 116 отделов (в т.ч. 2 особых) и 570 отрядов. Они охраняли границу протяженностью 13 600 км.

     На особом положении находился Заамурский пограничный округ со штабом в Харбине. Его 3 бригады включали 6 пехотных и 6 конных полков, а также 4 конно-горные батареи, 3 железнодорожных батальона и пограничную саперную роту.

     Отдельный корпус внутренней стражи.

    Отдельный корпус внутренней стражи создан в 1907 г. для борьбы с революционным движением. В мирное время он подчинялся Министерству внутренних дел, а военное время часть подразделений корпуса поступали в распоряжение военного командования. Комплектование частей корпуса проводилось на общих с частями Военного ведомства основаниях.

    Всего в составе ОКВС числились 4 бригады (в Санкт-Петербурге, Москве, Варшаве, Костроме), 63 батальона и 6 отдельных рот.

   В 1912-1913 гг. в Варшаве в дополнение к бригаде были развернуты еще 3 экспедиционных батальона. Предназначенные для усиления местных батальонов ОКВС, они имели по 2 взвода 47 мм. орудий, по две обычных роты и конно-гренадерскую роту, последняя представляла собой ездящую пехоту и имела на вооружении ружья-пулеметы Мадсена в каждом взводе.

Общая численность ОКВС около 44 000 человек.

      Военно-воздушный флот.

    Конец XIX - начало XX вв. стало временем бурного развития воздухоплавания и внедрения его достижений в военное дело. Начавшись с привязных аэростатов, развитие авиации привело к разработке управляемых аэростатов, а в начале века - и к созданию летательных аппаратов тяжелее воздуха - самолетов.

     На маневрах, проходивших в 1902-1903 гг. в районе Красного Села, Брест-Литовска, Вильно, был получен положительный опыт использования привязных воздушных шаров в целях разведки. На основании этого опыта Военным министерством было принято решение о создании воздухоплавательных подразделений в других крепостях - всего 65 шаров. Привязные шары стали заменяться змейковыми аэростатами конструкции В.В. Кузнецова и аэростатами немецкого производства "Персиваль". 1 и 2 Восточно-Сибирские воздухоплавательные батальоны активно участвовали боях русско-японской войны.

  Первоначально невысоко оценивая возможности самолетов, Военное ведомство сделало ставку на дирижабли. Так в 1909 г. в армии было всего 3 дирижабля и 3 самолета, в 1910 г. 7 самолетов и 9 дирижаблей. Только в 1911-1912 г.г., когда самолет стал реальным, удобным и сравнительно дешевым средством ближней разведки, Военное ведомство решило отказаться от использования для этих целей малых дирижаблей так называемого полевого типа. Но даже в 1914 г. эксперты военного ведомства считали, что по эффективности один дирижабль равен 15 самолетам.

   В 1910 г. был создан "Особый комитет по усилению воздушного флота на добровольные пожертвования".

   Весной 1911 г. Военный Совет одобрил "Положение об авиационной службе", а также штаты и табель имущества авиационного отряда. 21.04.1911 г. в Чите при 4-й Сибирской воздухоплавательной роте был сформирован первый авиационный отряд русской армии (впоследствии 23-й корпусной авиационный отряд).

     Первый боевой опыт русская авиация получила в 1912 г. во время Балканской войны.   По опыту Итало-турецкой и Балканской войн, основной задачей авиации считалась разведка и корректировка огня артиллерии, а вспомогательной - бомбардирование и связь. Бомбардирование войск и тылов противника возлагалось в основном на дирижабли, корректировка артиллерийского огня - на привязные аэростаты и, дополнительно, на самолеты. Основной задачей самолетов считалась ближняя разведка. Предусматривалось вооружение самолетов пулеметами и легкими бомбами, но указывалось, что ведение боевых действий не должно отвлекать авиацию от выполнения основной задачи по разведке войск противника.

    К 1915 г. ВВФ включал две независимые части - морскую и армейскую. Армейская авиация считалась частью инженерных войск и делилась на авиационные и воздухоплавательные части.

   Боевой состав и организация Армейской Авиации. Армейская авиация имела на вооружении 244 самолета, 9 дирижаблей и 46 привязных аэростатов.

   Разведывательная авиация. Разведывательная авиация должна была входить в состав армий и корпусов (армейских и кавалерийских) и крепостных частей отрядами по 4-6 самолетов. 21 ноября 1911 г. в Чите при 4-й Сибирской воздухоплавательной роте был сформирован первый авиационный отряд русской армии (впоследствии 23-й корпусной авиационный отряд). 2 декабря военный министр подал Государю записку "О предложении постановки и развития воздухоплавательного дела в русской армии". Предлагалось сформировать 45 авиаотрядов (по 12 машин). 23 мая 1912 г. Император утвердил законы "Об отпуске из государственного казначейства средств на образование и содержание авиационного отдела Офицерской Воздухоплавательной Школы" и "Об отпуске из государственного казначейства средств на образование и содержание авиационных отрядов воздухоплавательных рот". К этому времени существовало уже 8 авиаотрядов. К концу года было полностью сформировано 12 корпусных авиационных отрядов, 1 полевой отряд, 5 крепостных отрядов (по 6 машин в каждом). Техническое обеспечение этих отрядов возлагалось на три авиационные роты. ГУГШ планировало иметь 40 корпусных отрядов (по 1 на корпус), 10 полевых отрядов (по 1 для штабов армий), 8 особых отрядов (должны были придаваться кавалерийским соединениям), 9 крепостных отрядов и 11 авиационных рот.

    Начало Великой войны русская армия встретила, имея 244 боевых самолёта в составе следующих авиационных отрядов: 31 корпусной (4 по 4 самолета, 27 - по 6), 2 особых (для кавалерии, по 4 самолета), 6 полевых (для армий, по 4 самолета), 5 крепостных (для крепостей Ковно, Новогеоргиевск, Владивосток, Брест-Литовск, Порт-Артур - по 6 самолетов), всего: 44 авиационных отряда. Для технического обслуживания были созданы 6 авиационных рот.

    Авиационный отряд по штатам мирного времени насчитывал 4-6 самолетов и до 38 человек, в том числе командира, 4-6 летчиков, 4-6 мотористов, фотографа и мастеровых нижних чинов. Наблюдатели штатами мирного времени не предусматривались, но их подготовка велась как силами отрядов, так и в авиашколах. По штатам военного времени отряд при 6 самолетах должен был насчитывать 66 человек.

     Планировалось, что в 1914 - 1916 гг. все отряды, кроме особых, будут насчитывать по 6 (4 в особых) самолетов первой линии, 6 самолетов резерва (хранящихся в технических ротах) и 6 самолетов на заводах, уже приписанных к соответствующему отряду. Кроме того, планировалось развернуть еще 1 корпусной отряд в Туркестане, 2 особых и 2 полевых отряда.

    Бомбардировочная авиация. Появление в 1913 г. тяжелого самолета Сикорского «Илья Муромец» сразу привлекло внимание военных. Новый самолет как нельзя лучше подходил для решения задач стратегического назначения: дальняя разведка, нанесение бомбовых ударов и борьба с воздушными целями и т. п. После удачных испытаний первого самолета «Илья Муромец» ГВТУ заключило 12 мая 1914 г. контракт на поставку 10 самолетов такого типа. Первоначально один «ИМ» приравнивался к полевому авиаотряду и придавался штабам армий и фронтов. В декабре 1914 г. был издан приказ, по которому русская авиация делилась на тяжелую и легкую. По этому же приказу формировалось управление Бригады Тяжелых Аэропланов, в подчинение которому и были переданы все построенные к тому времени самолеты. Одновременно команды кораблей были сведены в отряды. Всего в составе БТА на 01.01.1915 г. имелось 3 отряда по 3 аэроплана, отдельная команда и учебный отряд из 2 самолетов. Базировалась бригада в районе м. Яблонна (под Варшавой). На 1915 г. имелось 10 боеготовых самолетов «Илья Муромец», а всего 15 - из них 3 типа «В», 6 типа «Б» и 6 типа «Г».

   Воздухоплавательные части. Дирижабли. В 1914 г в армейских ВВС было 9 дирижаблей, из них 7 больших и 2 малых. Они состояли на вооружении 4 полевых воздухоплавательных рот в Луцке, ст. Домна (близ Читы), Лиде, Ташкенте и Учебного воздухоплавательного парка при офицерской воздухоплавательной школе (в с. Салази близ Гатчины). В этих местах были построены эллинги, газогенераторные станции и базы снабжения. В военное время к ним должна была добавиться еще 1 полевая рота, формируемая на базе офицерской воздухоплавательной школы. Планировалось довести число больших дирижаблей до 12, для чего в 1914 г. начаты постройкой 2 дирижабля. Кроме того в 1913-1914 гг. были построены (при участии Военного ведомства) 2 дирижабля – «Россия» и «Гигант» для Российской Компании Воздушных сообщений, начавшей в 1913 г. перевозки пассажиров по направлениям Санкт-Петербург - Москва - Киев и Санкт-Петербург - Москва - Самара - Оренбург - Иркутск - Чита- Владивосток. В конце 1914 г. по примеру Бригады Тяжелых Аэропланов было предложено создать и Бригаду Воздушных Кораблей.

   Полевая воздухоплавательная рота управляемых аэростатов имела на вооружении 1-2 дирижабля.

  Привязные аэростаты. На 1912 г. в русской армии имелись следующие воздухоплавательные части: Сибирский батальон, 3-11-я роты, 1-я Кавказская рота, 4-я Сибирская рота. Воздухоплавательные части к началу 1914 г. имели 7 полевых воздухоплавательных рот и крепостные роты: Санкт-Петербургскую, Владивостокскую, Гродненскую, Ивангородскую, Карскую, Ковенскую, Кушкинскую, Новогеоргиевскую, Осовецкую, Свеаборгскую, Выборгскую, Порт-Артурскую, а также Брест-Литовский крепостной батальон. В военное время к ним должны были добавиться 2 полевые роты, формируемые на базе офицерской воздухоплавательной школы. Всего имелось 46 змейковых аэростатов (без запасных).

  Воздухоплавательная рота обычно состояла из 2-3 наблюдательных станций. Наблюдательная станция имела один змейковый аэростат и один запасный аэростат, с лебёдками для осуществления подъёма и спуска, подвижными газодобывающими аппаратами. Численность роты составляла от 60 до 100 человек.

  

  

 

  

РОССИЙСКИЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ВОЕННО-МОРСКОЙ ФЛОТ

 

     В кон. XVIII — нач. XIX вв. Военно-Морской Флот России стал третьим по величине в мире после Великобритании и Франции. Черноморский флот имел в своём составе 5 линейных кораблей и 19 фрегатов (1787 г.), Балтийский флот имел 23 линейных корабля и 130 фрегатов (1788 г.). В нач. XIX в. Военно-Морской Флот Российской империи состоял из Черноморского и Балтийского флотов, Каспийской флотилии, Беломорской флотилии и Охотской флотилии. В 1802 г. было создано Министерство морских сил (переименовано в Морское министерство в 1815 г.).

    .

Крымская война и ее последствия.

    Медленное экономическое и промышленное развитие России в первой половине XIX в. стали причиной её отставания от Европы в области пароходостроения. К началу Крымской войны в 1853 г. Россия имела Черноморский и Балтийский флоты, Архангельскую, Каспийскую и Камчатскую флотилии — общей численностью в 40 линейных кораблей, 15 фрегатов, 24 корвета и брига, 16 пароходофрегатов и т.д. Общее число личного состава флота составляло 91 000 человек.

     Благодаря адмиралам Михаилу Лазареву, Павлу Нахимову, Владимиру Корнилову, и Владимиру Истомину матросы Черноморского флота были хорошо обучены искусству военно-морского дела и морским традициям, поддерживающимся со времен адмирала Ушакова.

    Синопское сражение 1853 г. продемонстрировало отвагу и героизм черноморцев и тактическое искусство Нахимова. Во время осады Севастополя в 1854—1855 гг. русские моряки показали пример, как можно использовать все возможные средства для защиты их города на море и суше. По результатам парижского мирного договора 1856 г. Россия лишилась права иметь военно-морской флот на Чёрном море. В 1860-х гг. устаревший парусный флот Российской империи потерял своё значение и в результате был заменен на паровой.

    После Крымской Войны русский флот оказался в неутешительном положении. Кроме парусных кораблей, оказавшихся непригодными для боевой службы, в состав флота входили: в Балтийском море - 1 винтовой линейный корабль, 1 винтовой фрегат, 10 колесных пароходов, 40 винтовых канонерок; в Черном море - 12 колесных пароходов. Предстояло создание винтовых кораблей. Хотя промышленность страны не была подготовлена к такой работе, задача была решена. В 1858 г. во флоте уже было 6 винтовых линейных кораблей, 5 винтовых фрегатов, 17 винтовых корветов. Но с появлением за границей железных броненосных кораблей с нарезной артиллерией русские корабли опять попали в положение, подобное тому, как перед Крымской войной. В 1863 г. были обшиты 100 мм. железной броней два строящихся деревянных винтовых фрегата водоизмещением 6 200 т. «Севастополь» и «Петропавловск» (длина – 90 м., ширина - 16м., мощность – 2 800 лс., скорость - 11 узлов), а в Англии было заказано железное броненосное судно - батарея «Первенец» водоизмещением 3 300 т. с 112 мм. броневым поясом по ватерлинии, вооруженная 26 орудиями. В дальнейшем решено строить у себя только железные корабли. В июне 1864 г. была спущена на воду батарея «Не тронь меня» вооруженная 14 – 203 мм. нарезными орудиями. Началось строительство 11 броненосных канонерок водоизмещением 1 400 -1 600 т. с двумя 229 мм. нарезными орудиями в башне: «Ураган», «Тифон», «Броненосец», «Латник», «Колдун», «Вещун», «Стрелец», «Единорог», «Лава», «Перун», «Смерч».

     В 1867-1868 гг. введены в строй шесть броненосцев береговой обороны: двухбашенные - «Русалка» и «Чародейка» (водоизмещение - 1 940 т., броня – 112 мм., 4 – 229 мм.  орудия), двухбашенные фрегаты – «Адмирал Спиридов» и «Адмирал Чичагов» (водоизмещение – 3 500 т., броня - 150-88 мм., 2 – 280 мм. орудия), трехбашенные фрегаты «Адмирал Грейг» и «Адмирал Лазарев». Также рангоутные фрегаты «Князь Пожарский» и «Минин» (водоизмещение – 4 500 т., скорость - 12 узлов, броня – 112 мм. по ватерлинии и 112 мм. казематы, вооружение – восемь 203 мм. орудия и два 152 мм. орудия на верхней палубе).

     В 1869 г. выработан проект океанского броненосного крейсера. По этому проекту были заложены два крейсера «Генерал-Адмирал» (водоизмещение – 4 604 т., скорость - 13,6 узла) и «Герцог Эдинбургский» (водоизмещение - 4 510 т., скорость - 15,3 узла) с артиллерией: четыре 203 мм. орудия в бортовых  спонсонах и два 152 мм. орудия в носу и корме. По этому типу был также перестроен стоящий на стапеле «Минин». Таким образом, Россия первая осуществила идею броненосных крейсеров. После нее строительство крейсеров этого класса началось в других странах. Кроме того, для океанского крейсерства были построены восемь винтовых и с парусным вооружением, неброненосных клиперов водоизмещением 1 330 т., со скоростью хода 11-13 узлов, вооруженных тремя 152 мм. орудиями - «Крейсер», «Джигит», «Разбойник», «Пластун», «Стрелок», «Наездник», «Опричник», «Вестник», а в США были куплены и вооружены четыре парохода – «Европа», «Азия», «Африка», «Забияка».

     Для довершения береговой обороны Кронштадта было построено девять канонерок типа «Ерш» водоизмещением 360-440 т., скоростью- 7-9 узлов, вооруженных одним 280 мм. орудием. Обеспечение береговой защиты дало возможность приступить к постройке крупных мореходных броненосцев. В 1869 г. был заложен первый в России броненосец «Петр Великий», водоизмещением 9 665 т., скоростью хода - 14 узлов. Броневой пояс составлял 350-200 мм., палуба – 75 мм. Артиллерия – четыре 305 мм. орудия в двух башнях. Далее было предложено создать четыре крейсерских отряда по три крейсера в каждом, могущих обеспечить интересы России в Тихом океане. В 1881-1883 гг. заложены два броненосных крейсера «Владимир Мономах» и «Дмитрий Донской», а в 1884 г. «Адмирал Нахимов». У первых двух водоизмещение – 6 000 т., скорость 15-16 узлов, броня – 150 мм. У третьего крейсера водоизмещение составило 8 000 т., скорость хода - 17,5 узлов, 255 мм. бортовой броневой пояс, восемь 203 мм. орудий в четырех башнях и десять 152 мм. орудий по бортам. В 1888 г. был построен крейсер «Память Азова» водоизмещением 6 700 т., со скоростью хода 17 узлов, 200 мм. броневым поясом, с артиллерийским вооружением из двух 203 мм. орудий в бронированных бортовых спонсонах и тринадцати 152 мм. орудий под верхней палубой.

     После франко-прусской войны стеснительные условия Парижского трактата 1856 г. запрещавшие России иметь Черноморский флот, были отменены. Ввиду беззащитности черноморского побережья, было решено создать, в дополнение к береговым укреплениям, броненосные суда небольших размеров, с малой осадкой и с сильной артиллерией. При нормальных условиях эти требования можно было осуществить лишь на корабле крупных размеров, поэтому был принят проект адмирала Попова - круглого корабля. Намечена постройка десяти таких кораблей, но в 1873-1876 гг. было построено только два: «Новгород» и «Вице-Адмирал Попов». Этот тип судов не удержался на флоте по причине технических недостатков, хотя как плавучие форты, они показали себя хорошо.

     Война 1877-1878 гг. с Турцией произошла тогда, когда флот только начал возрождаться. Ввиду преобладания турецкого флота, борьба на море не могла иметь места. Россия приобрела до 20 пароходов для сторожевой и посыльной службы. Было решено противопоставить турецким кораблям минные паровые катера с шестовыми минами. Эти катера были изготовлены в Петербурге и доставлены по железной дороге в Черное море. Пароход «Константин» служил базой для минных катеров. На Дунае шестовой миной был взорван турецкий монитор. У берегов Батуми торпедами, выпущенными двумя катерами, был потоплен турецкий сторожевой корабль. Для начала возрождения флота в 1879 г. заказан во Франции 14-узловой безбронный крейсер «Память Меркурия» водоизмещением 3 000 т., вооруженный шестью 152 мм. орудиями и четырьмя 47 мм. пушками. В 1886 г. введены в строй однотипные броненосцы: «Екатерина II», «Чесма», «Синоп» (водоизмещение – 10 000 т., скорость - 15-16 узлов, вооружение – шесть 305 мм., семь 152 мм. и восемь 47 мм. орудия) и «Георгий Победоносец», однотипный, но с небольшими изменениями. Постройкой этих кораблей было положено начало систематического строительства черноморского флота.

     В 1892 г. построен малый броненосец «Двенадцать Апостолов» (водоизмещение - 8 500 т., 350 мм. броневой пояс, вооружение – четыре 305 мм. и четыре 152 мм. орудия). В 1898 г. закончен броненосец «Три Святителя» (водоизмещение – 12 500 т., скорость – 17 узлов, 450 мм. броневой пояс, вооружение – четыре 305 мм., восемь 152 мм., четыре 120 мм., десять 47 мм. орудий и около сорока 37 мм. скорострельных пушек). Далее строится броненосец «Ростислав» (водоизмещение – 8 800 т.) с четырьмя 254 мм. орудиями главного калибра. В 1903 г. закончен броненосец «Князь Потемкин Таврический» (водоизмещение – 12 600 т., скорость – 16 узлов, вооружение - четыре 305 мм., шестнадцать 152 мм., четырнадцать 75 мм.). Подобного типа законченные в 1908-1909 гг. броненосцы «Евстафий» и «Иоанн Златоуст». В 1887-1889 гг. в Балтийском море строятся два броненосца: «Александр II» и «Николай I». Водоизмещение этих кораблей – 9 700 т., скорость - около 14 узлов, броневой пояс по всей ватерлинии, они вооружены двумя 305 мм. орудиями в носовой башне, четырьмя 229 мм. и восемью 152 мм. орудиями по борту и 18 пушками мелкого калибра. По типу этих броненосцев был построен «Гангут» водоизмещением 6 600 т., с одним 305 мм. орудием в носовой башне, четырьмя 229 мм. и восемью 152 мм. орудиями. Броненосец затонул в 1897 г. в результате пробоины. В 1891 г. был спущен на воду броненосец «Наварин», послуживший прототипом для дальнейшего развития русских броненосцев вплоть до русско-японской войны. Дальнейшая постройка броненосцев идет в следующем порядке: в 1894 г. построен «Сисой Великий» (водоизмещение – 9 000 т.), в 1898 г. построены три однотипных броненосца «Петропавловск», «Полтава», «Севастополь» (водоизмещение – 11 000 т.).

      В 1900 г. идет серия броненосцев «Ослябя», «Пересвет», «Победа» (водоизмещение -12 700 т., скорость – 18 узлов, вооружение: четыре 254 мм., одиннадцать 152 мм., двадцать 75 мм.). В 1898 г. заказан в США броненосец «Ретвизан» (водоизмещение -12 700 т., скорость – 18 узлов, 227 мм. броневой пояс, вооружение – четыре 305 мм., двенадцать 152 мм., двадцать 75 мм.). В 1901 г. во Франции был заказан броненосец «Цесаревич» (водоизмещение – 13 000 т., скорость - 18,2 узла) послуживший прототипом для следующей серии кораблей, построенных в России: «Бородино», «Орел», «Александр III», «Суворов» и «Слава».

     Кроме крупных броненосцев, в 1893-1896 гг. строятся броненосцы береговой обороны: «Адмирал Ушаков», «Адмирал Сенявин», «Адмирал Апраксин» (водоизмещение – 4 126 т., скорость – 16 узлов, 250 мм. броневой пояс, вооружение – три 254 мм. в двух башнях, четыре 152 мм. орудия). На этом строительство броненосцев до русско-японской войны закончилось.

 

Конец XIX в.

    Военно-Морской Флот Российской империи продолжал расширяться в конце XIX в., особенно после прихода к власти Императора Николая II, который испытывал влияние американского военно-морского теоретика Альфреда Мэхэна. Несмотря на то, что русская промышленность развивалась большими темпами, она не могла поддерживать постоянно увеличивающиеся потребности флота, и некоторые корабли были заказаны во Франции, Германии, США и Дании. Французские судостроительные инженеры оказали наибольшее влияние на конструкции российских кораблей.

    Во время американской гражданской войны Россия направила в атлантические и тихоокеанские порты северян две крейсерские эскадры. Эта экспедиция стала показательным примером того, как сравнительно малыми силами можно добиваться крупных политических успехов. Результатом присутствия всего одиннадцати небольших военных кораблей в районах оживлённого торгового судоходства оказалось то, что крупные европейские державы (Англия, Франция и Австрия) отказались от конфронтации с Россией, побеждённой ими же всего 7 лет назад.

     Сознавая своё отставание, Морское Министерство сделало закупки за границей основным способом его преодоления. Существовала и практика закупки головного корабля за границей, затем постройки серии по нему на своих верфях, иногда в ущерб развитию собственного кораблестроения.

        

Русско-японская война.

     В ночь 8 февраля 1904 г. японский флот под командой адмирала Того начал военные действия против Российской империи. В результате неожиданной атаки на Порт-Артур два российских эскадренных броненосца были серьёзно повреждены торпедами. Эта атака развилась в полномасштабную битву следующим утром. Несколько попыток японского флота атаковать российские корабли провалились из-за огня береговой артиллерии и нежелания российского флота покинуть гавань для сражения в открытом море, особенно после гибели адмирала Степана Макарова 13 апреля 1904 г.

    После неудачных атак на Порт-Артур, японцы попытались закрыть к нему доступ — в ночь на 13—14 февраля они затопили несколько кораблей, груженных цементом, у входа в гавань. Как оказалось, эти корабли затонули слишком глубоко, чтобы повлиять на судоходство. Попытка блокады с помощью боевых кораблей 3—4 мая также провалилась.

    В марте вице-адмирал Макаров принял под командование Первую Тихоокеанскую эскадру с целью снятия японской блокады Порт-Артура. К тому времени обе стороны начали широко использовать тактику минирования морских путей сообщения около портов. Первый раз в истории мины пользовались нападающей стороной — до этого мины использовались только в оборонительных целях для закрытия доступа в гавань вражеским кораблям.

    Японская тактика применения мин была довольно эффективной и существенно ограничила маневренность русских кораблей. 12 апреля 1904 г. два российских броненосца — флагман «Петропавловск» и «Победа» — подорвались на минах на выходе из гавани. В течение часа «Петропавловск» затонул, «Победа» была отбуксирована в Порт-Артур для ремонта. Макаров погиб на Петропавловске вместе с большей частью экипажа и художником-баталистом Верещагиным.

    Вскоре русские переняли японскую тактику минирования и стали использовать её в атакующих целях. 15 мая 1904 г. два японских броненосца «Ясима» и «Хацусэ» наткнулись на свежее минное поле и подорвались по крайней мере на двух минах каждый. «Хацусэ» затонул в течение всего нескольких минут с 450 матросами на борту, «Ясима» пошёл на дно в течение нескольких часов во время буксировки в порт.

    Российский флот под командованием контр-адмирала Витгефта сделал попытку прорвать блокаду и уйти во Владивосток, однако был перехвачен и понёс тяжёлые потери в Жёлтом море. Остатки российской эскадры в Порт-Артуре были постепенно затоплены огнём осаждающей Порт-Артур японской артиллерии. Попытки прорвать блокаду Порт-Артура с суши также не удались и после сражения при Ляояне в конце августа русские силы отступили к Мукдену (Шэньян). Порт-Артур, обороняемый, в том числе и отрядами моряков, сформированных из экипажей затопленных кораблей, пал 2 января 1905 г. после нескольких кровопролитных штурмов.

    Российское командование послало эскадру Балтийского флота под командой адмирала Зиновия Рожественского в помощь осаждённому Порт-Артуру вокруг мыса Доброй Надежды через Атлантический, Индийский и Тихий океаны. 21 октября 1904 г. они едва не спровоцировали войну с Великобританией (союзник Японии, но нейтральное государство во время этой войны) во время Гулльского инцидента, когда российский флот обстрелял британские рыболовные суда, приняв их за японские миноносцы.

    Продолжительность плавания эскадры Балтийского флота дала адмиралу Того достаточное время, чтобы подготовиться к встрече ещё до того, как эскадра имела бы возможность дойти до российских военно-морских баз на Дальнем Востоке. Эскадра Балтийского флота была встречена японскими силами в Корейском проливе около острова Цусима. В результате Цусимского сражения 27—28 мая 1905 г., более подготовленный японский флот, уступающий в количестве, но превосходящий российский флот в скорости, скорострельности и дальнобойности артиллерии, вывел из строя главные русские корабли. Вторая Тихоокеанская эскадра была полностью разгромлена — практически все боевые корабли погибли или были затоплены экипажами, остальные под командованием контр-адмирала Небогатова сдались, и лишь единицы ушли или в нейтральные порты или во Владивосток.

 

Возрождение флота.

    После фиаско в русско-японской войне флот Российской империи упал с третьего места в мире на шестое место. 19 марта 1906 г. указом Императора Николая II в составе Военно-морского флота Российской империи был создан новый род войск — подводные лодки, в строй вошли 10 субмарин, которые до этого числились как миноносцы. В июне 1906 г. был организован Морской генеральный штаб и широкомасштабная программа по расширению флота была представлена на обсуждение Государственной думе в 1907 и 1908 гг., однако была отвергнута. Боснийский кризис в 1909 г. вновь поднял вопрос о расширении флота и новые линкоры, крейсера, и миноносцы были заказаны для Балтийского флота. Ухудшение отношений с Османской империей также спровоцировало расширение Черноморского флота новыми линкорами типа «Императрица Мария». Российская империя потратила 519 миллионов долларов на военно-морские нужды с 1906 по 1913 г. — это пятый по размеру бюджет после Великобритании, Германии, США, и Франции.

     Перевооружение также включало большое участие зарубежных партнёров — крейсер «Рюрик» и оборудование других кораблей было заказано на иностранных заводах. После начала Первой мировой войны корабли и оборудование под строительством в Германии были конфискованы. Оборудование из Англии частично было передано союзниками и частично доставлено в Россию.

    В другом случае, приобретение подводных лодок «АГ» конструкции фирмы «Холланд» (США) вместо строительства отечественных образцов, позволило создать новый род сил, но сказалось отрицательно на его модернизации. В эпоху стремительного развития подводной техники Россия была вынуждена содержать морально устаревшие лодки, не имея ни базы для их обеспечения (все необходимое обеспечивалось импортом), ни денег на замену. Когда их сборка по контракту была налажена в России, ведущие морские страны уже сменили одно-два поколения лодок. В результате лодки, современные по меркам 1911 г. (год появления класса) продолжали служить до середины XX в.

 

Первая мировая война.

     Балтийское море.

     На Балтийском море главными противниками были Россия и Германия, довольно большое количество британских подводных лодок проплывали через пролив Каттегат для поддержки российского флота. Так как немецкий флот был больше и новее русского, а также из-за возможности легко перебросить корабли флота Открытого Моря из Северного моря в Балтийское через Кильский канал в случае необходимости, российский флот занимал в основном оборонную позицию. Наступательные операции были ограничены в перехвате конвойных перевозок между Швецией и Германией русскими и британскими подлодками, и также использованием минных полей в атакующих целях.

     Широкое использование морских мин в наступательных и оборонительных целях обоими сторонами ограничило маневренные действия флота на Восточном фронте. Немецкая атака на Рижский залив в августе 1915 г. была неуспешна.

     Черное море.

     На Чёрном море основным противником России была Османская империя. Основной базой Черноморского флота был Севастополь и его командующими были адмирал Эбергард и с 1916 г. адмирал Колчак.

     Война на Чёрном море началась после того как флот Османской империи обстрелял несколько русских городов в октябре 1914 г. Самыми современными кораблями в распоряжении турецкого флота были два немецких крейсера: «Гебен» и «Бреслау», оба под командой адмирала Вильгельма Сушона. «Гебен» был повреждён в нескольких боях и обычной его тактикой было отступление в Босфор при появлении превосходящих сил Российского флота. К концу 1915 г. Черноморский флот обеспечил себе практически полный контроль над Чёрным морем.

     Черноморский флот использовался также для поддержки Кавказской армии генерала Юденича. Летом 1916 г. турецкая армия под командой Вехип-Паши сделала попытку отбить город Трабзон от русских. Турки начали продвижение по побережью в июле, однако Российский флот своими действиями сумел существенно затормозить их продвижение с помощью артобстрела колонн пехоты и их обозов. Русская армия перешла в контрнаступление и разбила турецкие сухопутные силы.

     После того как адмирал Колчак принял командование в августе 1916 г. началось плановое минирование выхода из Босфора и подходов к некоторым портам. Это способствовало установлению контроля над Чёрным морем. После чего он начал подготовку к Босфорской десантной операции. Самой большой потерей Черноморского флота была гибель линкора «Императрица Мария», который взорвался на якоре в порту 7 (20) октября 1916 г., пробыв в строю всего лишь один год после спуска на воду. Причины взрыва так и не были выяснены, по мнению некоторых историков, это мог быть диверсионный акт, по другим — несчастный случай.

      Состав флота.

     Все суда подразделяются на 15 классов: линейные корабли, броненосные крейсера, крейсера, эскадренные миноносцы, миноносцы, миноноски, заградители, подводные лодки, канонерские лодки, речные канонерские лодки, транспорты, посыльные суда, яхты, учебные суда, портовые суда. Флот делится на действующий - в полной боевой готовности, и резервный (1 и 2 резерва). 1 резерв - суда, выслужившие сроки (срок готовности 48 часов). 2 резерв - суда, не удовлетворяющие требованиям действующего флота и 1 резерва.

     Суда действующего флота объединены в эскадры и отряды. Эскадра состоит из дивизии линейных кораблей (8 кораблей), бригады броненосных крейсеров (4 крейсера), дивизии крейсеров (8 крейсеров), дивизии эскадренных миноносцев (36 миноносцев и 1 крейсер) и вспомогательных судов. Дивизии линкоров и крейсеров делятся на бригады по 4 корабля. Дивизия эсминцев - на 2 бригады по 2 дивизиона в бригаде, по 9 кораблей в дивизионе.